Книга Соль и Грезы, страница 203 – Алекс Анжело

— Остынь, – между нами вклинился Люций, положив руку на плечо друга и возвышаясь над парнем почти на целую голову. Он не улыбался, скорее мрачно и озадаченно хмурился. – Не понимаю, в чём проблема? Если тебе не нравится, то это точно не повод так кипятиться.

Коэн сначала открыл рот, потом закрыл. А потом лицо его расслабилось.

— Да. Не понимаю, что на меня нашло, – улыбнулся Коэн, закинув руки и почесав ладонью затылок. Даже улыбнулся. Хотя эта улыбка не развеяла тяжёлый взгляд слегка отступившего Морана.

Вероятно, разговор продолжился бы, если бы ситуация не начала привлекать чужое внимание.

— Ладно, – глубоко вздохнул Люций. – Перейдём к делу. Заранее простите.

Теневой див посмотрел на меня, и в следующее мгновение его глаза закатились, а он сам начал падать. Не успев осмыслить происходящее, я бросилась его подхватить, но всё произошло слишком стремительно. Моран рухнул прямо в кучу кристаллов, распластался на полу, я, падая, опрокинула ещё несколько стоек, а оттолкнутые Айвен и Коэн невольно разобрались с оставшимися. Нетронутой осталась лишь одна стойка. Покачнувшись, она чудом устояла.

Грохот, прокатившийся по аудитории, сменился гробовой тишиной.

Я готова была провалиться сквозь землю, глядя на весь этот хаос. Такой неуклюжей я ещё никогда себя не чувствовала. Айвен застыла у опрокинутого – того самого – кристалла, который использовался регулярно на занятиях и на котором с хлёстким треском появилась трещина. Он не раскололся, но для показа снов стал уже бесполезен.

Тишину разрезал яростный крик Анимы Мерсер. Её буквально затрясло от гнева. Было отчётливое предчувствие, что в этом году её предмет я не сдам.

* * *

— Мы ещё легко отделались, – сказала Айвен, пожимая плечами и чихая от пыли.

— И это называется повезло? – ворчливо спросил Коэн, снимая двумя пальцами какую-то тряпку с пыльного кресла, изъеденного молью.

— Ну, если бы ночные дежурства не отменили, мы бы точно не спали несколько ночей подряд, – пожала плечами Айвен.

Коэн согласно фыркнул. Несмотря на возмущение, див был явно доволен такой заменой. Даже несколько часов разгребания хлама, накопленного наставницей за десятилетия, казались ему лучше, чем испытание на себе крови ревенанта.

— Эту старуху давно бы уволить. Кто сейчас таким вообще занимается? – возмутился Коэн, встряхнув головой, чтобы отбросить со лба светлую прядь.

— Дэва старой закалки, что поделаешь? – В отличие от друга, виновник произошедшего весь светился спокойствием и смирением перед любыми поворотами судьбы. Люций выплыл из узкого прохода, заставленного деревянными коробками, держа в руках старую куклу в красивом платье, украшенном рюшами, с почти настоящими туфельками, но без рук, будто их кто-то оторвал. – Интересненькое, вы не находите?

За узким окном под самым потолком вдалеке мелькнула молния – непогода грозила скоро обрушиться на Академию Снов. Улыбка Морана отчего-то стала натянутой и слегка нервной.

После того как мы нанесли непоправимый вред коллекции Анимы Мерсер, наставница пусть и не сразу, но взяла себя в руки. Убедившись, что из всего собрания пришли в негодность только два кристалла, она стала уже больше напоминать дэву, а не разъярённого зверя.

Когда же Люций «пришёл в сознание» и отыграл роль бедного мальчика с таким позорным для воина недугом, Анима смягчилась ещё больше. «Мальчиком», кстати, его назвала сама наставница.