Книга Соль и Грезы, страница 200 – Алекс Анжело

Я заняла своё место и с мрачным предчувствием вновь посмотрела на кровь. Помещение постепенно заполнялось даэвами. Вскоре к нам присоединились Сильфа, Флёр и Винсент. Следом размашистой походкой вошёл Люций, как всегда окружённый теневыми. Порой див напоминал мне солнце, которое всегда и неизменно становилось центром всего происходящего. Я смотрела прямо перед собой, не оборачиваясь, хотя всё моё внимание было сосредоточено на размытом пятне, в которое превратилась фигура Морана на периферии моего зрения.

— Сегодня у нас особенное занятие, – начала Анима с ударом колокола. – Как вы знаете, Академию Снов изначально создали по двум причинам: чтобы противостоять ревенантам и для изучения проклятых предметов. Ещё несколько веков назад столкновение и с теми, и с другими было куда опаснее. Кровь ревенанта ядовита, как и их укус. В прошлом одного такого хватало, чтобы наслать видения кошмаров и помутить рассудок. Именно поэтому здесь обучали им противостоять: отличать реальность и не терять способность сражаться. Поверьте, это спасло многим жизнь.

— Почему тогда не «Академия Кошмаров»? Логичнее ведь? – раздался чей-то голос с задних рядов.

— Слишком поверхностно. Сны не состоят только из кошмаров. Не стоит забывать и о хороших снах. К тому же, как вы могли убедиться, проклятые предметы тоже могут погружать в сон. – Анима поджала губы, обводя взглядом помрачневшие лица. – Конечно, с моей стороны дурно вспоминать ситуацию в городе Ин. Тот проклятый предмет – беспрецедентный случай, и вам очень повезло, что на вашем курсе учится такой могущественный и талантливый сомниум, как Айвен Ларак.

Анима благоволила к Айвен и большей части парней. Почему-то преподавательница недолюбливала девушек, зато к дивам всегда относилась мягче. Моя подруга была скорее исключением из правил. Думаю, немалую роль сыграл её талант. Ко мне же наставница испытывала неприязнь. Я чувствовала это, и она прекрасно понимала, что я знаю.

Айвен испытала стыд, считая похвалу незаслуженной, но внешне это было незаметно. Она держала голову прямо и как раз заканчивала делать очередную запись в тетради.

— Но в целом погружение в сон от сильных проклятых предметов для даэвов не редкость. Ведь обычными способами – навевать желания, вызывать одержимость или убивать одной лишь злобой – они не могут. Поэтому сон – закономерное явление, чтобы вас замедлить и, в редких случаях, даже убить.

Люций сидел на другом конце ряда рядом с Коэном и скучающе вертел в руках камешек – гладкий, чёрный, похожий на гальку, вероятно, подобранный где-то на улице.

Я периодически отвлекалась на его белые изящные пальцы, мягко и ловко перекидывающие камешек.

— Впрочем, мы отдалились от темы. Всё это было предысторией к тому, что до сих пор некоторые ревенанты сохранили способность отравлять даэвов. И не просто ослаблять их, а как иногда бывает со скардами, перегрузившими себя видениями, – истощать. Это тот самый случай, когда каждый может побыть в шкуре даэва-скарда.

— Наставник, вы рисуете нам сомнительные перспективы, – насмешливо заметил Люций. – Зачем кровь ревенантов в этих чашках?

По аудитории прокатился шёпот.

— А вы как всегда проницательны, Моран, – похвалила его Анима. – Я же обещала подготовить для вас кое-что интересное на этом занятии.