Книга Люди и драконы, страница 43 – Елена Крыжановская

— Это кого ты здесь назвал…? — остальное потонуло в рычании. Боцман ринулся на обидчика, но атаман схватил его за шкирку, точно котенка. Кожаная жилетка затрещала, но удержала напор тяжело дышащей разъяренной туши. Рука хозяина отбросила зверя на место.

— Я люблю рабов острых на язык, — зловеще предупредил атаман. — Но не все разделяют мой вкус.

— Вы глава этого сброда? — уточнил Дик. — Атаман? Почему не капитан, даже не спрашиваю. Вижу вокруг не команду, а шайку. Можно узнать, как вы стали ее главой?

— Ты считаешь, я не достоин подобной чести? — заинтересовался главарь. — Или команда не достойна меня?

Дик не отвечал, пристально разглядывая морского бандита с твердым лицом, покрытым прочным загаром красного оттенка сосновой коры. Мощные плечи, резкие движения и мягкие интонации. Всё говорило о большой жестокости этого самовлюбленного молодчика в расцвете сил. Одет скромно, как любой из команды, только красный кушак расшит золотом, и тюрбан из дорогого шелка покрывал выгоревшую до соломенной желтизны русую гриву. Маленькие глазки сверкали остро, как соленые капли на игольчатых плавниках летучих рыб.

— Как вы стали атаманом? Кто вас выбрал?

— Кто ты такой, чтобы задавать мне вопросы?

— Не узнаёте? Тот, кто вас вызывает на бой!

Атаман странно засмеялся. Тихо, широко оскалившись. Зубы у него мелкие, и лицо стало похоже на морду акулы. Дик почувствовал, как по кругу матросов пробежал нервный холодок.

— Ты желаешь поединка атаманов? Что ж, любой имеет на это право, но…[1] Если это вызов, для начала назови свое имя и звание.

— Странствующий рыцарь. Дик. Что получу, если выиграю? Это корыто?

— Не смей оскорбительно отзываться о моем корабле. Ведь пока он — мой! Это славный бриг «Седая акула», построенный на одной Юго-Восточной верфи. За него уплачено кровью с тростниковых плантаций, и «Акула» никогда не унижала себя никаким флагом и промыслом кроме пиратского. Так что тебе не в чем упрекнуть мой корабль. Он быстроходнее многих королевских фрегатов! Я убил его прежнего хозяина в честном бою три года назад, когда тот не хотел по справедливости делить добычу. Мы причалили тогда к одному островку… Бой длился долго, они все свидетели! Но на борт «Акулы» вернулся только один атаман. Уверяю тебя, малыш, я занимаю это место по праву. Не торопись расставаться с жизнью, я хотел бы ещё выручить за тебя пару монет на рынке!

— Кто вы такой, чтобы назначать мне цену? — непочтительно хмыкнул Дик. — Я пока не ваш раб, а равный противник. Будущий атаман.

— Я — хозяин «Седой акулы» и всех жизней на ее борту. В том числе и твоей! Я один из десятки самых богатых и успешных поставщиков живого товара на рынки Юго-Востока, Мира́в Художник, — атаман снова показал ряды ровных мелких зубов. — А мои ребятки прозвали меня Акул, думают, я не знаю! Смотри, как задрожали, голубчики… — он обвел глазами свою команду, точно мог пить их страх, и ничего вкуснее для него нет.

— Акул — подходящее прозвище. А почему «художник»?

— Люблю рисовать узоры, — Мирав мечтательно провел в воздухе волнистую линию концом своего кинжала, словно разреза́л облака на кусочки. — Надеюсь, ты передумал меня вызывать?

— Условия поединка?

— Проигравший, в полной власти победителя. Кто выиграл, получает «Акулу» вместе с командой.