Книга Опальная жена. Хозяйка Северных земель, страница 95 – Ирина Манаева

Она молчит, о чём-то раздумывая.

— Спасибо, что сказала. Я разберусь.

— Может стоит сказать Эрвейну….

— Я разберусь, Мейя, благодарю. Что по Утёсу?

Рассказываю, как было дело, умалчиваю пока про лису. Говорю о портрете.

— Интересно, завтра же съездим туда вместе, я тоже хочу это увидеть.

Отправляюсь в лекарскую, чтобы проведать Емия и Маза. С последним ухожу в отдельную комнату, в который раз пытаясь осторожно освободить его от болезни. Когда возвращаемся, из лекарской выбирается Севир.

— Что ты здесь делал? — спрашиваю довольно грубо. В моих глазах он — предатель, но вступать в открытый спор не стану.

— Повредил руку, — показывает перебинтованную ладонь.

И где он успел её повредить, спрашивается?

К моему удивлению, струпья на Емие куда-то подевались. Он чувствует себя отлично, но я не могу радоваться, потому что это может значить только одно: якорь сорван!

Снова спешу к Хольц, только она не открывает, а дверь заперта изнутри.

— Что случилось? — блондин тут, как тут, словно ждал этого момента.

— Нужно открыть дверь.

— Этот комната нашей хозяйки, она тебе голову снесёт.

— Открой дверь, Севир! Вдруг ей плохо?!

Спустя пару минут врываемся в покои Хольц, но уже слишком поздно. Мне приходится только констатировать её смерть.

Весть о смерти Хольц разлетается по Крепу быстрее, чем зимний ветер. Шёпот в коридорах, тревожные взгляды, приглушённые голоса. Никто не кричит, будто сам замок велит молчать. Второй раз за последнее время весть о кончине, но теперь уже сомнений нет.

Совет собирают почти сразу, потому что территория не может без вожака.

— А ты куда собралась? — голос раздаётся сбоку, и, прежде чем успеваю среагировать, чья-то рука сжимает моё запястье.

Резко оборачиваюсь — Торвелл.

Его пальцы впиваются в кожу слишком сильно, почти болезненно, и в глазах нет ни капли прежней сдержанности — только холодный расчёт.

— Ты пойдёшь со мной, — произносит он тихо, но так, что спорить не приходится. — Королева отправилась к праотцам, власть сменилась.

— Отпусти, — дёргаю руку, но хватка лишь усиливается.

— Забери её, — толкает меня в сторону наёмника — высокого, широкоплечего, с пустым стеклянным взглядом. Тот перехватывает, грубо заламывая руки за спину.

— Только не дай ей дотронуться до тебя, — добавляет Торвелл, скользнув по мне взглядом. — Она умеет творить разные штуки.

Вспоминаю, как мы впервые познакомились с Майной, для неё эту встречу приятной не назовёшь.

Рот закрывает рука, так что я не могу крикнуть.

— Отпусти её, — доносится спокойный голос.

Наёмник не сразу реагирует, но хватка на секунду ослабевает. Ровно настолько, чтобы я повернула голову.

Это Эрвейн. Кажется, никто в Крепе не пойдёт против эрда, когда Хольц больше нет.

Блаквуд стоит в нескольких шагах, и в его позе нет ни напряжения, ни спешки. Только эта опасная, ледяная собранность, которую я уже видела однажды.

— Отпусти. Мою. Жену!

— Хольц нет, ваш брак — ложь.

Движение Эрвейна почти невозможно уловить, оно резкое и точное.

Удар. Наёмник отшатывается, хватка размыкается, и я буквально вываливаюсь из его рук, едва удерживаясь на ногах. Эрвейн уже рядом, перехватывает меня за плечи, отводя за спину, и тут же разворачивается обратно.

Второй удар приходится второму наёмнику в живот. Тот сгибается пополам, задыхаясь, а потом они бегут на него оба.