Книга Дочь его врага, страница 47 – Виктория Богачева

Щит даже не дрогнул. Кто-то из курсантов хмыкнул.

— Ещё, — бросил Гронер.

Я ударила снова. Чуть сильнее, но результат был тем же.

— Слабо, — констатировал Гронер, и удовольствие от моего провала он даже не пытался скрыть. — Вот и вся правда об адъютанте ректора. Защита сносная. Атака никуда не годится.

Сносная?!

— Продолжим, — вдруг сказал он. — Мерц, атакуйте снова. Посмотрим, как долго наш адъютант продержится, если увеличить нагрузку. Бейте в полную силу.

Мерц бросил на Гронера быстрый взгляд, но промолчал и встал в стойку. Я стиснула зубы и подняла щит.

На этот раз Мерц бил иначе. Не методично, а рвано, меняя ритм и направление. Удар слева, два справа, потом сверху. Он был так умён, как я о нём подумала изначально. Заметив, что я подстраиваюсь под его ритм, начал его ломать.

Мой щит прогибался и трещал всё сильнее. Я чувствовала костьми отдачу уже после каждого удара. Даже затылок гудел от неприятных ощущений. Вскоре заныли ноги, а пот начал заливать глаза.

Мерц усилил натиск. Удары посыпались один за другим, и я уже не успевала перестраивать щит, только держала его, вливая в плетение всё, что имела. Но вскоре щит затрещал. Я почувствовала, что по нему побежали трещины. Ещё два-три удара, и он лопнет.

— Добивайте, — велел Гронер.

Мерц замахнулся, и я инстинктивно зажмурилась, приготовившись к тому, что щит разлетится, и удар пройдёт насквозь, и вслед за щитом может пострадать и амулет...

Но удара не последовало.

Я открыла глаза. Мерц стоял с опущенными руками и смотрел не на меня, а на Гронера.

— Адъютант Фальк продержался три минуты, преподаватель Гронер, — сказал он ровным голосом. — Задание выполнено. Добивать нет необходимости.

В аудитории стало очень тихо. Гронер медленно повернулся к Мерцу, но тот не отвёл взгляда. Стоял прямо, держа руки опущенными, но в его позе не было ни вызова, ни страха. Только спокойная уверенность.

— Я не отдал приказ прекратить, — процедил Гронер. — Здесь я решаю, когда достаточно. Взыскание, курсант Мерц.

Тот лишь пожал плечами с прежним спокойствием и отвернулся. Я испытала укол стыда, ведь, по сути, наказание он заработал из-за меня. Почувствовал, что щит вот-вот лопнет, и пожалел. Не стал добивать и даже осмелился противоречить старшему преподавателю. На такое не были способны даже адъютанты.

— Спасибо, — я подошла к Мерцу, который с равнодушным видом наблюдал за остальными парами, вернувшимися к занятию.

Он покосился на меня и качнул головой.

— Не стоит благодарности. Я поступил так не ради тебя.

— А почему же? — заинтересовалась я.

— Странно, что этого не знает адъютант ректора, — курсант посмотрел на меня серьёзно. — Но ректор Эшворт учит нас, что даже в бою чрезмерного насилия и жестокости следует избегать.

— Жаль, что Гронер у него не учился, — я усмехнулась себе под нос.

Несколько секунд между нами висела тишина, и я успела выругаться мысленно, что опять сболтнула лишнего, когда услышала сдержанное, но определённо весёлое фырканье.

Несмотря на очередное неприятное столкновение с Гронером, в спальню после практического занятия я вернулась в приподнятом настроении.

Вечер наступил, а Эшворт так и не вернулся. Я поужинала в общем зале и отправилась к себе, помня, что входить в кабинет одной мне он запретил, а значит, никакое адъютантскую работу я в его отсутствие делать не могу.