Книга Дочь его врага, страница 45 – Виктория Богачева

И — главное — что мне теперь делать?..

Что мне теперь делать?..

Я не находила ответа и потому, вернувшись в спальню, просто легла, натянула одеяло до подбородка и долго лежала в темноте.

Сон пришёл поздно и принёс лишь ещё больше усталости. Мне снилось ущелье, которого я никогда не видела, и лица людей, которых я не знала. Я проснулась с мокрыми щеками и не сразу поняла, где нахожусь.

Я умылась, надела амулет и посмотрела в зеркало. Худой юноша с тёмными кругами под глазами глядел на меня с усталым безразличием.

Сойдёт.

В трапезном зале место Эшворта за преподавательским столом пустовало. Я села за стол адъютантов и взяла хлеб, стараясь не думать о том, где ректор. Избегает меня после вчерашнего?.. Впрочем, это было только к лучшему, не думаю, что сама смогла бы спокойно с ним говорить.

Адъютанты молчали, как и накануне. Ещё несколько дней, и я смогу назвать атмосферу за нашим столом почти уютной. Тишина стала уже почти привычной. И мне она нравилась.

Завтрак подходил к концу, когда Первый адъютант нарушил её и заговорил с Третьим. Достаточно громко, чтобы я слышала.

— Сегодня у нас практика у Гронера по боевой защитной магии. И рядом не будет ректора, чтобы спасти от позора, как на тренировке.

И адъютант бросил в мою сторону выразительный взгляд, полный торжества. Он явно хотел увидеть мою реакцию. Возможно — испуг. Но я не доставила ему этого удовольствия. Откусила хлеб и спокойно прожевала, хотя внутри всё неприятно сжалось.

В любимчиках у Гронера Бастиан Фальк не ходил. А практика по боевой магии лишь всё усложняла, потому что мои навыки сильно отличались от тех, которым обучали в академии.

После завтрака я вернулась в преподавательское крыло. Дверь кабинета Эшворта была заперта, и мне пришлось стучать. Никто не открыл. Я постояла у двери, постучала ещё раз, но услышала лишь тишину. Тогда я заглянула к секретарю.

— Ректор уехал рано утром, — сообщил тот, не отрываясь от бумаг. — Будет к вечеру.

— Куда уехал?

Секретарь поднял на меня взгляд, в котором ясно читалось: не твоё дело.

— Будет к вечеру, — повторил он.

Я вышла в коридор и прислонилась к стене. Прекрасный день Эшворт выбрал, чтобы покинуть академию, даже не предупредив меня!

Идти на занятие к Гронеру хотелось всё меньше и меньше, но я понимала, что моё отсутствие сделает только хуже. Неизвестно, вернётся ли Эшворт к вечеру. Секретарь мог и соврать, повинуясь приказу.

Я почувствовала, как внутри всколыхнулась злость, и попыталась образумить себя. Едва ли Эшворт сбежал, лишь бы не встречаться со мной. Его могли вызвать по какой-то важной причине, благо хватало таких поводов, один побег отца чего стоил... Да даже если ректор покинул академию по своему желанию, он ведь не обязан нянчиться со мной и надзирать постоянно.

Он вообще ничего мне не обязан, только не дать умереть, чтобы не умереть самому.

Следовательно, причин обижаться не было никаких. Тем более что обижаться можно только на близких. На тех, кому доверяешь; на кого рассчитываешь.

Эшворт определённо не относился к таким людям!

Из кабинета я направилась в библиотеку. До практического занятия ещё оставалось время, и я решила провести его с пользой. Вместо газет я взяла несколько учебников по боевой магии и пролистала разделы о защитных техниках. Если Гронер собирался меня проверять, лучше быть готовой.