Книга Дочь его врага, страница 101 – Виктория Богачева

— Признаюсь, когда я увидел вас живой и здоровой в стенах академии, под защитой ректора Эшворта, то решил, что все прочие нарушения могут подождать, — он помолчал. — Пока вы здесь, вы в безопасности. Пока вы в безопасности, Блэкмор не может завершить ритуал. Конрад, сам того не зная, сделал именно то, что было нужно.

Я покосилась на Эшворта. Он стоял у камина с каменным лицом, но я видела, как ходят желваки на его скулах.

— Идея о поиске через кровь хороша, — Раттенберг вернул нас к делу. — Но лезть вслепую мы не станем.

— Нам нужна боевая поддержка, — кивнул Конрад, уловив его мысль.

— Нам нужен Император, — поправил его советник. — Это дело такого масштаба, что я не имею полномочий действовать самостоятельно. Я отправлю сообщение по закрытому каналу. Если повезёт, к завтрашнему обеду у нас будет аудиенция.

Эшворт потёр переносицу.

— Освальд, — напомнил он. — Через несколько часов он проснётся.

— Освальда я беру на себя, — Раттенберг поднялся из кресла и прошёлся к столу. — Насколько я понял, мальчишка повторно напал на адъютанта ректора. Это преступление, если судить с формальной точки зрения. Когда генерал Крейц узнает, что его сыну грозит трибунал, ему будет не до обвинений в адрес ректора.

— Вы уверены? — я не смогла скрыть сомнения. — Простите, советник Раттенберг, но Освальд не кажется мне договороспособным.

— Правду раскрыть мы не можем. Рычагов влияния на генерала, такого же члена Совета, как я, у меня не так много. Остается запугивание.

— Мы можем сказать, что вы знали с самого начала, кто прячется под личиной Бастиана Фалька, — предложил Эшворт. — Что все было спланировано с целью спрятать Беатрису в безопасном месте.

Невольно я бросила взгляд на его предплечье, на котором горела метка долга. Как ни пытался Конрад не дотрагиваться до нее и терпеть, время от времени он прикладывал ладонь к рубашке и надавливал, словно это могло унять боль.

Безопасное место, да.

— Отличная идея, — Раттенберг слегка наклонил голову, соглашаясь. — Об этом я скажу генералу Крейцу.

— Он взбесится, — усмехнулся Эшворт не без удовольствия.

— Прошу, не говорите, что вам есть дело до душевного состояния генерала, — тихо усмехнулся советник. — А теперь я попрошу вас сопроводить меня в кабинет ректора к Освальду. Не будем терять времени, вызовем его отца и поговорим с обоими Крейцами.

Обратный путь по тёмным коридорам старого крыла мы проделали втроём.

В кабинете ректора ничего не изменилось. Освальд по-прежнему лежал у стены, бледный и неподвижный, с запёкшейся кровью в волосах. Раттенберг подошёл к нему и склонился, приложил два пальца к шее, проверяя пульс, потом приподнял веко и заглянул в зрачок.

Закончив, посмотрел на Эшворта.

— Скажите, как именно вы одолели мальчишку? Это может быть важно при разговоре с его отцом.

С губ Конрада сорвался смешок.

— Его одолел не я, — ответил он, и во взгляде вспыхнули озорные огоньки.

— Не вы? Но... — Раттенберг осекся и повернулся ко мне.

Я почувствовала, как щёки вспыхнули. Пожала плечами, пытаясь выглядеть равнодушной, хотя получалось плохо.

— Я ударила Освальда своим щитом. Он слишком долго наслаждался победой, когда сорвал с меня амулет.

В глазах советника зажглось любопытство, которое он не стал скрывать.

— Вот как, — он едва слышно хмыкнул.