Книга Опасный пациент, страница 80 – Наталья Шагаева

Глава 25

Владислав

Она не задает вопросов, почему ванна, что будет и как. Эва просто, как марионетка, делает всё, что я скажу. До этой женщины такая модель была идеальной в моих отношениях. Моя доминантность, женская покорность, никаких разговоров, возражений и жеманства. Идеально. Я получаю удовольствие и играю по своим правилам, женщина либо принимает, либо не интересует меня. А сейчас бесит, что у этой женщины нет своих желаний, и она следует только моему «хочу». Всё, сука, познаётся в сравнении. Либо все женщины до Эвы были не мои.

Скидываю халат, проходя мимо застывшей у ванны Эвы. Сажусь в горячую воду с пеной. Вдох-выдох. Прикрываю глаза, откидываю голову, пытаюсь поймать дзен. Трудно думать головой, когда вся кровь в члене. Мне бы сначала трахнуться по-животному, как привык, а потом я буду способен сделать это медленно, с чувством, с терпением, с расстановкой. Но с ней так нельзя.

Это как насилие по взаимному согласию. Я изнасилую её психику, а она мою. Но по-другому нельзя. Так надо.

Открываю глаза, смотрю на застывшую Эву. Понеслось.

— Раздевайся и иди ко мне, — мой голос давно просел и хрипит.

Дышать трудно. Это что-то новое для меня. Когда сам секс второстепенен, а эмоции перекрывают всё. И не все эти эмоции приятны и понятны.

Смотрю, как она снимает топ, пижамные шорты вместе с трусиками, и шумно втягиваю воздух. Идеальное тело. Нет, ничего особенного в смысле стандартов красоты, обычное тело, грудь, бедра, талия, кожа, женщина как женщина. Но я давлюсь воздухом, потому что это тело когда-то принадлежало мне. Бред, знаю, мы не встречались раньше и в прошлые жизни я не верю. Меня зацепила какая-то химия на ментальном уровне. Когда в мире миллиарды женщин, но тебе нужна только эта, потому что она твоя. И тело это твое, и губы, и глаза, и каждый её вдох тоже твой.

Грех, ты попал по полной. Надо бояться не врагов в своей жизни, не смерти, не Армагеддона, а вот таких женщин…

Когда Эва залезает в ванну раздвигаю ноги под водой.

— Садись спиной ко мне, — подсказываю я, и она садится.

Спина красивая, ровная, но слишком напряжена. Любуюсь её лопатками, хрупкими плечами, шеей, капельками воды и пеной на коже…

Обхватываю её плечи и тяну на свою грудь.

— Ляг на меня и расслабься, — хриплю я, вжимая в себя ее спину.

Веду мокрыми пальцами по её плечам, рукам, просто рисуя хаотичные узоры. Мне кажется, Эва задерживает дыхание.

— Дыши глубже, Эва… — выдыхаю ей в ухо. — Давай, вдох и выдох, девочка моя, — утыкаюсь носом в её волосы, глотая запах своей женщины. — Всё хорошо, — хриплю в волосы. — Ты сейчас уязвимая, и я тоже. Я пробит тобой настолько глубоко, что самому страшно, — признаюсь ей, усмехаясь.

И она выдыхает. Заметно расслабляется в моих руках.

Хочется спросить её про первый секс. Он был с этим уродом? Если да, то этот гандон не просто сломал мне женщину, он и вовсе привил ей, что секс - это всегда что-то мучительное и гадкое. Но если я сейчас задам этот вопрос, то всё испорчу.

Обрисовываю её грудь, немного приподнимаю упругие полушария, которые идеально ложатся в мои ладони. Веду губами по её шее, слегка царапаю нежную кожу зубами.

— Вот здесь, — безошибочно нахожу родинки в виде треугольника под её грудью, обводя их пальцами. — У тебя есть одна маленькая, но такая манящая деталь, — усмехаюсь ей в ухо.