Книга Хранительница болот, страница 111 – Наталья Тимошенко

— Значит, они вас приняли? – задал он вопрос, который еще две недели назад я бы не поняла.

— Значит, вы о обо всем знаете? – парировала я. – Что странно для городского жителя, недавно купившего дом в глуши и до этого никогда здесь не бывавшего.

Я хотела смутить его, дать понять, что не верю в его историю, но мне этого не удалось. Его лицо осталось непроницаемым, только уголки губ слегка дернулись, но так и не превратились в улыбку.

— Разве я говорил, что никогда здесь не бывал?

А ведь на самом деле не говорил! Он просто сказал, что купил дом, потому что тот был недорогим и отвечал всем запросам нового владельца. Это уже я решила, что Иван сбежал из шумного города. Но он такого не говорил.

— Вы из этих мест? – осторожно спросила я.

Кажется, моя теория о том, что сто двадцать лет назад Ян Коханский не вернулся в Петербург и Иван – его потомок, начинала находить подтверждение. А еще кажется, что Иван готов был поделиться со мной некоторыми фактами своей биографии. Теперь главное – не спугнуть.

— Определенно, я из этих мест, – наконец улыбнулся сосед. – И мне прекрасно известно о местной нечисти и о том, кем она вас считает. Но проходите, не стойте. Становится прохладно, мне бы не хотелось, чтобы вы замерзли.

Мне действительно становилось зябко в легком платье, даже накидка не спасала, поэтому я воспользовалась предложением. Уже входя в дом, я обратила внимание на то, что Иван не поинтересовался, почему я одна, почему не пришла Юлька. А уж когда увидела стол, накрытый для двоих, поняла: с самого начала он знал, что я приду одна. Может, это вообще был сговор с моей сестрой! Он сразу сказал ей, что хочет пригласить меня на ужин, а она, лиса хитрющая, поняла, что я не соглашусь. И выдала версию о том, что приглашены мы обе. Что ж, если так, то ее план сработал.

— Присаживайтесь! – Иван отодвинул передо мной стул, и я, садясь, втайне ожидала очередное видение, как тогда, у нас дома, но ничего не случилось. – Увы, готовить я не умею, поэтому кулинарные шедевры из небольшого ресторана по дороге в город, зато вино выбирал сам.

Я исподтишка огляделась. Похоже, дом Ивану достался в том же состоянии, что и мой – нам, с учетом той лишь разницы, что последние лет сто тут никто не жил. Мебель была старая, добротная, из цельного дерева, а вот занавески на окнах – новые. Вероятно, прежние истлели. Плита если и была, то находилась в другом помещении, здесь же, в столовой, размерами сильно уступающей столовой в Большом доме, находился лишь камин, сейчас потрескивающий горящими в нем поленьями.

Столовая вызывала странные впечатления. Почему-то казалось, что Иван не собирался в ней ничего трогать, просто накупил не сочетающихся между собой мелочей, чтобы было видно, что здесь кто-то живет и за окном двадцать первый век. Пока он возился с вином, я осторожно приподняла тарелку и посмотрела на дно: так и есть, приклеен свежий ярлычок. Будто тарелки он купил, но пользовался какой-то одной, остальные просто стояли в буфете рядом с дорогими сервизами Вышинских.

— И давно вы тут живете? – поинтересовалась я, аккуратно опуская тарелку на скатерть. Скатерть, кстати, тоже была новая, наверняка даже не стиранная ни разу, потому что по-магазинному хрустела под пальцами. Извините, но я не могла представить себе Ивана, крахмалящего скатерти. Да и бумажный ярлычок – вот он, приклеенный в углу с изнаночной стороны. Почему мне кажется, что все это он вообще приобрел буквально накануне приглашения на ужин? А сам пользовался лишь тем, что было до него в этом доме.