Книга Хранительница болот, страница 113 – Наталья Тимошенко

Иван потрясенно молчал. Что ж, похоже, не только раунд, но и вся партия за мной. Так-то, несговорчивый сосед!

— Вы правы, – наконец сказал он. – Ян Коханский – мой прапрадед. Он умер еще до моего рождения, но мой дед, его внук, сохранил кое-какие его вещи, дневник в том числе. Из него я узнал и про Леону Вышинскую, в которую Ян был влюблен, и про эту усадьбу.

— Дадите мне почитать?

— Что?

— Дневник Яна.

— Он остался в городе.

Нет, не в городе. Дневник тут, в этом доме. Слишком уж быстро Иван сказал, что дневника здесь нет.

— Так откуда вам известно о Яне? – спросил он, перехватывая инициативу.

— Расскажете, что было в его дневнике? – парировала я.

— Сначала вы.

— Почему это?

— Потому что я первый спросил.

Я рассмеялась.

— Какое ребячество!

Иван лишь развел руками, тоже улыбаясь. Мол, уж как есть. Похоже, его вино все-таки было немного пьянее, чем я думала. Или же внезапные откровения с обеих сторон настроили нас на более легкий, дружеский, что ли, лад. По крайней мере, я вдруг взяла и рассказала ему все. И о найденных записках Леоны Агнии, и о своих видениях. Все-все, что мне было известно, а также свои предположения о том, что, видимо, Юлькина болезнь передается генетически. Вот такое хреновое наследие у Вышинских: дом в глуши и генетическое уродство.

К моему удивлению, Иван воспринял мой рассказ спокойно. Не назвал сумасшедшей, не посмеялся над видениями. Все время своего рассказа я наблюдала за ним и не увидела ни тени недоверия на лице. Он порой хмурился, но каким-то своим мыслям, будто складывал в голове пока неизвестную мне картинку.

— Значит, у вас есть воспоминания Леоны, – только и сказал он, когда я закончила.

— Ну, не все, – с сожалением поправила я. – Я будто после амнезии вспоминаю какие-то кусочки, общая картинка пока не складывается. Но я удивлена, что вы так легко поверили в это. Это… необычно.

— Необычно, – согласился Иван. – Тем не менее у меня нет причин не верить вам. Ведь все, что вы говорите, совпадает с тем, что написано в дневнике моего прадеда.

— Вот как? – Я подалась чуть вперед. – Тогда расскажите, что было дальше? Ян и Леона нашли ее брата? Того, что жил в комнате с цепями?

— Нашли. К сожалению, слишком поздно. Парень был мертв. Они так и не узнали, что именно с ним случилось. Похоже, его действительно много лет держали в этом доме, но перед приездом Михаила с семьей куда-то перевели. Видимо, новое место было не таким надежным, как старое, и ему удалось сбежать. Он никогда не бывал один в лесу, вот и угодил в болото, погиб. К сожалению, в дневнике моего прадеда написано, что в тот момент он вынужден был на время уехать, и когда приехал, все было уже кончено. Подробностей он, увы, не знал.

— Так значит, комната с цепями и люком все-таки есть в этом доме?

Иван улыбнулся и вскинул руки, признавая поражение.

— Хотите взглянуть?

Еще бы я не хотела! Собиралась влезать в его дом, как последний воришка, и тут он предлагает сделать это на законных основаниях! Кто откажется?

Комната нашлась в самом дальнем конце длинного коридора, змеей опоясывающего дом по кругу. Все, как я видела в воспоминаниях Леоны. Иван, похоже, не утруждал себя мытьем окон, некоторые и вовсе были забиты досками, поэтому дорогу пришлось подсвечивать мобильным телефоном: электричества в этой части дома не было.