Книга Отмороженный, страница 153 – Рафаэль Дамиров

На столе осталась кружка с недопитым чаем. За окном где-то далеко завыла сирена. Потом ещё одна. Они приближались.

Маэстро быстро очнулся. Открыл глаза, сплюнул кровь на линолеум и посмотрел на меня снизу вверх. И вдруг зло ухмыльнулся — так, будто это я лежал связанный на полу, а он стоял надо мной.

— Что улыбаешься, тварь? — прожег я его глазами.

— Для тебя новость, — прохрипел он, облизнув разбитую губу. — Я же обещал.

— Ну так говори.

— Не здесь. Чуть позже.

Я пнул его по ноге — не сильно, обозначая.

— Да мне плевать на твои новости и на все эти «позже».

Маэстро промолчал. Только улыбался, и от этой улыбки было тошнее, чем от всего, что произошло за последний час. Я знал, что он всегда все предусматривает на шаг вперед. Но не собирался это показывать ему.

Первым в квартиру ворвался Седой со своими оперативниками. Загрохотали ботинки по коридору, кто-то матернулся, споткнувшись о порог. Чуть позже подъехала следственная группа.

— Нужно его допросить, — сказал я Седому. — Пока он в горячке, пока только задержан. Я поеду с тобой в отдел.

Оперативники подхватили Маэстро под руки, выволокли из квартиры и усадили в машину. Седой придержал меня за локоть.

— Ты вообще-то в розыске, забыл?

— Не мели ерунды, — оборвал я. — Ты же сам понимаешь, что теперь всё. Настоящий убийца пойман.

— Ну, это надо ещё доказать.

— Вот и докажем. Поехали.

Я сел в оперскую машину и захлопнул дверь.

* * *

Маэстро завели в кабинет Седого.

Паровозов ходил туда-сюда и беспрестанно курил, хотя вообще-то бросил три года назад. Два опера стояли у двери, переминаясь с ноги на ногу. Маэстро — как был, со связанными бельевой верёвкой руками — усадили на стул перед столом начальника уголовного розыска. Я устроился на диване сбоку и наблюдал.

— Это ты убил Кирилла Конева, сына заместителя губернатора? — Паровозов остановился напротив Маэстро и уставился на него сверху вниз. — Ты убил его?

Говорил коротко, рублено, не тратил время на подходы. Маньяк поднял глаза, обвёл всех торжествующим взглядом, почти без злобы, и вместо ответа тихо проговорил:

— Неужели никто не хочет узнать новость, которую я для вас приготовил? Это гораздо важнее сынка Конева, поверьте, а особенно очень важно для Отмороженного. Гораздо важнее, чем смерть какого-то избалованного мажорчика.

— Что ещё за новость? — спросил Паровозов и покосился на меня.

— Да фиг знает, — буркнул я. — Лечит про какую-то новость, а сам не говорит. Время тянет.

— Ну, говори свою новость. — Паровозов остановился напротив Маэстро, сложив руки на груди.

— Телефон, что вы у меня изъяли при задержании. Он у вас далеко?

Я нахмурился. Что-то нехорошее шевельнулось внутри, какое-то мутное предчувствие, от которого заныло под рёбром слева.

— Седой, — окликнул я товарища. — Где тот телефон?

— Да вот он, — Паровозов ткнул пальцем в бумажный пакет на столе, в котором лежал смартфон. Пакет опечатан, скреплен подписями понятых, снабжен пояснительной надписью, печатью «Для пакетов».

Я подошёл, не церемонясь вскрыл пакет и вытащил телефон.

— И что? — зыркнул я на маньяка.

— А ты разве не узнаёшь его? — Маэстро чуть наклонил голову.

Я пригляделся. Вроде, знакомая вещица, однако все эти смартфоны для меня на одно лицо, особенно старые модели. А этот был явно старый, с потёртыми углами и трещиной на задней крышке. И тут в мозгу сверкнуло сполохом, я узнал.