Книга Отмороженный, страница 150 – Рафаэль Дамиров

— Единственный секрет — вот, — она показала на чугунную сковородку, висевшую на крючке над плитой. Старую и черную, с въевшимся жиром. — Когда бабушки не стало, я эту сковородку себе забрала. Современные не то совсем, а эта… вечная.

Маэстро молча кивнул и откусил пирожок.

В это время телефон на столе дзинькнул. Женя метнулась к нему, схватила.

— О, Катька пишет! — она постаралась, чтобы голос прозвучал беспечно. — Подруга, не спит ещё. Что это она? Опять в караоке забурилась, наверное. Как всегда, найдёт приключение на свою пятую точку.

Маэстро смотрел на неё, жуя пирожок.

— Сейчас я ей отвечу.

Палец быстро застрочил сообщение. Два слова: «Он пришёл». Контакту — «Илюша». Отправить. Зелёная галочка — доставлено.

Женя лёгким жестом, будто ничего особенного не происходило, положила телефон в карман халата и села напротив Маэстро.

— Да ты пей, пей чай. Стынет же.

Но Маэстро к пирожку больше не притронулся. Лишь отхлебнул чай, прищурившись, и поверх кружки смотрел на Женю.

— Кому ты написала? — спросил он.

— Да я же говорю, Катьке. Она у меня шебутная. Никак замуж не выскочит. Со своим развелась. Вот и понеслась душа по кочкам.

— Не ври мне… Ты написала Отмороженному, — спокойно сказал Маэстро.

Карпова почувствовала, как её пробирает до кончиков волос, словно она обращается в лёд. Он видел её насквозь, всегда видел, с самого детства: считывал, когда она пыталась спрятать от бабушки разбитую вазу или соврать про двойку по математике.

Женя вздрогнула, сжала губы в тонкую нитку, но промолчала. Бессмысленно было отпираться, он всё равно знал.

— Ты его позвала. Но я рад, что он сейчас придёт, постучит в дверь, и всё разрешится.

— Ты хочешь его убить? Зачем тебе это? — проговорила Женя, и слёзы покатились по щекам.

Он вдруг повернул голову в сторону окна, хотя там уже ничего нельзя было увидеть в такой темноте. Потом обратно, и вышло почти механически.

— Я сбежал из колонии ради того, чтобы поквитаться с заклятым врагом.

— Почему ты… такой? Ты же был не такой, Вить. Мы же с тобой в детстве дружили. Я тебе бутерброды носила, помнишь?

— Помню, — кивнул Маэстро.

— Ну так зачем? Зачем всё это?

— Люди не меняются, сестрёнка. Я-то — я всегда был такой. С тобой был просто другой. Но сегодня ты увидишь меня настоящего.

— Прошу… Не убивай его. Делай со мной что хочешь, но его не трогай. Прошу тебя.

Ордынцев тяжело, со значением усмехнулся. Потом его лицо снова выровнялось.

— Кто сказал, что я его убью? Я приготовил ему кое-что другое… знаешь, некоторые вещи страшнее смерти, — сказал Маэстро и выжидающе посмотрел в сторону прихожей. — Когда он постучит, подойдёшь к двери и скажешь, что…

Договорить Маэстро не успел. Сначала послышался шорох сбоку, а потом с громким звоном разбилось кухонное стекло, и в оконный проём ввалился Отмороженный.

* * *

Я получил то сообщение от Женьки, когда выходил из дома Конева-старшего. Два слова на экране — «Он пришёл», — и внутри всё будто вытянулось в струну. Я прыгнул на мотоцикл, резко газанул с места. Город мелькал размазанными огнями, светофоры я проскакивал на мигающий жёлтый, на одном повороте заднее колесо пошло юзом, вычерчивая полосу по асфальту, но я выровнял машину и только добавил газу.

У Женькиного дома остановился с торца многоэтажки, чтобы не шуметь двигателем. Сбросил шлем, вытащил из кофра обрез и побежал.