Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 39 – Лия Совушкина

— Здесь хорошо, — сказал Деймос, и в его голосе не было привычной горечи. Только удивление. Удивление человека, который забыл, каково это — просто сидеть под открытым небом и дышать.

Чувствуя жар чужого тела рядом, хотя между нами было небольшое расстояние, я ощущала, как трепещет сердце. В попытках оторваться от этого чувства, старательно вглядывалась в пруд — на его тёмную, зеркальную гладь, выискивала отражение облаков. Ближе к берегу раскинулась целая россыпь кувшинок, собирающаяся вот-вот расцвести.

— В пруду есть рыба? — внезапно спросил Деймос, отвлекая меня от созерцания пейзажа.

— Не знаю, — честно ответила я. — Я не видела. Но вода тёмная, глубокая. Наверное, есть.

— Раньше там были карпы, — сказал он. — Я мальчишкой ловил их руками. Глупый был, мокрый по пояс, зато счастливый.

Я улыбнулась, глядя на его профиль. Повязка, скулы, лёгкая тень щетины. Пожалуй, сейчас дракон казался умиротворённым. Спокойным, и совсем не походил на того беснующегося мужчину, которого я повстречала в первый день приезда в поместье.

— А ещё здесь росли кувшинки, — продолжил Деймос, и я поняла, что он говорит не для меня, а для себя. Вспоминает. — Белые, большие. Мать говорила, что они цветут только в полнолуние, но я не верил. Просыпался ночью и бежал смотреть. Кувшинки цвели всегда, когда хотели.

Замолчав, дракон погрузился в свои воспоминания. Я же сидела тихо, боясь нарушить этот хрупкий покой.

— Спасибо, Эйра, — ошарашил меня дракон, поворачиваясь и касаясь ладонью моей щеки. — Ты меня вытащила наружу. Я уже забыл, какое оно — небо.

Глава 17

Я невольно посмотрела наверх, по-детски запрокинув голову. Небо было ярким, голубым, с редкими белыми облаками, похожими на пушистые комья ваты. Ветер колыхал ветви ивы над нашими головами, будто пытаясь сорвать едва заметные почки и лишить дерево будущих листьев.

— Оно голубое, — протянула я, вглядываясь в синеву над нами. — С белыми облаками. Одно облако похоже на большого дракона. Который расправил крылья и парит в небесах.

— Дракона? — как-то печально усмехнулся Деймос. — Ты видела когда-нибудь дракона?

— Только на картинках, — призналась я. — В книгах.

— Они прекрасны, Эйра. Их чешуя переливается, как расплавленные драгоценные камни, а глаза подобны тлеющим углям. И, когда они летят, кажется, что небо горит.

Мой взгляд скользнул на сидящего рядом мужчину, и только после этого до меня дошло, что я ляпнула. Дура пустоголовая. Внутри начала грызть совесть, ведь Деймос был не только верховным магом. Он в первую очередь дракон, которого собственная вина лишила крыльев. А я, как последняя идиотка, напомнила ему про полёты.

— Ты когда-нибудь превращался? — спросила я, понимая, что пути назад всё равно нет.

— До недавнего времени превращался и нередко, — помрачневшим голосом ответил мужчина, после чего откинул голову на спинку скамьи. — До того дня. Теперь я даже не ощущаю драконью половину, наверное, даже она покинула меня.

— Она не ушла, — сказала я с уверенностью, которой не чувствовала. — Просто внутри тебя слишком много чувств, которые заглушают драконий зов. Но однажды, вот увидишь, ты вновь поднимешься в небеса на своих собственных крыльях.

— Откуда ты знаешь?

— Потому что ты здесь, — я повернулась к нему. — Потому что ты не сдался. Потому что ты разрешил мне вытащить тебя в этот сад. Это уже победа, Деймос.