Книга Целительница против слепого дракона, или Как (не) убить больного, страница 37 – Лия Совушкина

Видя это, я понимала, что Деймос слишком долго сидел взаперти. Я чувствовала это по его голосу — в нём появилась какая-то надломленная хрипотца. Дракон стал чаще тяжело дышать, словно воздух в комнате больше не насыщал его. Ему нужно было солнце, ветер, треплющий волосы и нежно касающийся лица. Во мне крепла вера в то, что наступило время доказать этому мужчине, что мир существует не только в пределах четырёх стен и пляшущих теней камина.

Спустившись вниз, я нашла Ричарда и попросила подготовить трость — длинную, чтобы Деймос мог нащупывать дорогу. Дворецкий удивился, но не стал спорить. Он уже привык, что мои идеи часто оказывались правильными.

— И скажите слугам, чтобы не выходили в сад в ближайший час, — добавила я. — Никого постороннего, только я и его светлость.

Кивнув, дворецкий поспешил исполнить мою просьбу. В его глазах разгоралась надежда, просыпающаяся каждый раз, как я пробовала новые методы лечения. Вот и сейчас, принеся мне трость с набалдашником в виде драконьей головы, Ричард сиял. Он заговорщицки подмигнул мне, а после скрылся в глубине дома. Уверена, как только мы окажемся на улице, все слуги прилипнут к окнам.

Войдя в покои Деймоса, я не смогла скрыть нервозности. Отчего-то внутри зрело подозрение, что дракон не одобрит мою внезапную идею. Всё же, он и так пошёл на многие уступки, почти ломая себя.

Услышав мои шаги, мужчина оторвался от созерцания открытого окна. Раскрытые шторы мягко покачивались от слабого ветерка, а солнечные лучи придавали фигуре мужчины сверкающий ореол. Повязки на глазах не было, и поблизости я тоже не заметила кусочка тёмной ткани. Даже одежда Деймоса сегодня отличалась светлыми оттенками, будто он решил стремиться к свету.

— Доброе утро, — сказала я, подходя ближе.

— Ты сегодня какая-то… — произнёс дракон, чуть склоняя голову и прислушиваясь. — Возбуждённая. Что-то случилось?

— Ничего не случилось, — я встала перед ним, стараясь, чтобы голос звучал ровно. — Просто сегодня мы кое-что изменим.

— Я пью твои отвары, терплю массаж, — с лёгким недовольством напомнил мужчина, складывая руки на груди, отчего белая рубашка натянулась, очерчивая мышцы.

— Речь не об отварах, — ответила я, крепче сжимая в руках трость. — Сегодня мы выходим на улицу.

На мгновенье мне показалось, что прогремел гром. Однако нет, в комнате повисла тишина, да такая, что её можно было резать ножом. Деймос замер, и я увидела, как его пальцы сжались в кулаки.

— Нет, — глухо сказал дракон.

— Деймос…

— Я сказал — нет! — резко отчеканил Деймос, и я невольно отступила на шаг. — Я не хочу, чтобы меня видели таким. Ты понимаешь? Я не хочу, чтобы слуги глазели и шептались за спиной.

— В саду никого нет, — твёрдо сказала я не отступая. — Только мы. Я предупредила Ричарда, он уведёт всех слуг. Там не будет ни души, Деймос. Только ты, я и свежий воздух, который тебе сейчас нужнее любого зелья.

Дракон передо мной замер, тяжело дыша. Я видела, как по его лицу ходят желваки, как напряжены широкие плечи. В нём боролись два желания: спрятаться и, наконец, вырваться из этой душившей его клетки. Я осторожно приблизилась, перехватила трость одной рукой, а второй едва заметно коснулась мужского плеча.

— Зачем? — спросил он тихо. — Зачем тебе это?

— Потому что ты не железный, — спокойно ответила я, смелее кладя руку на плечо и чуть сжимая пальцы. — Потому что твоё тело задыхается без движения, а твои лёгкие — без воздуха. Потому что я твой лекарь, и прекрасно вижу, что тебе это необходимо. Даже если ты сам этого не хочешь.