Книга Отвергнутая целительница. Ошибка драконьего лорда, страница 13 – Ангелина Сантос

Теперь мундир был разорван от горла до пояса. Кожа под ним посерела, будто жизнь уже отступила к самым костям. По груди, шее и левому плечу расползались черные линии — тонкие, ветвистые, как трещины на льду. В центре груди, чуть ниже ключицы, зияла рана. Не широкая, но глубокая. Ее края были обожжены темной магией, и оттуда тянулся дымный запах гнили, железа и чужой воли.

Проклятие не просто убивало.

Оно ело.

Медленно, умно, с удовольствием.

Я почувствовала, как моя магия поднялась навстречу — светлая, чистая, возмущенная. Целительский дар не любил такие раны. Темное проклятие было для него как яд в роднике.

А потом рваная нить в груди снова дернулась.

Рейнар.

Мой бывший истинный.

Мой позор.

Моя самая дорогая ошибка.

Я сжала пальцы.

Не сейчас.

Не здесь.

Не при них.

— Все лишние — вон, — сказала я.

Капитан резко повернул голову.

— Мы останемся.

— Нет.

— Это наш генерал.

— А это моя операционная.

Он шагнул ко мне, и воздух вокруг него нагрелся.

Берта, стоявшая у двери с тазом чистой воды, тихо сказала:

— Милок, у нас тут полы деревянные. Не советую раздуваться.

Капитан даже не посмотрел на нее.

— Я не оставлю лорда Рейнара без защиты.

— Он уже без защиты, — ответила я. — Именно поэтому лежит на моем столе. Если хотите быть полезным, перестаньте тратить его время.

— Вы не понимаете, с кем говорите.

Я медленно подняла глаза.

— Понимаю. С человеком, который сейчас мешает мне спасать вашего командира.

В операционной стало тихо.

Один из молодых солдат у стены выглядел так, будто сейчас либо упадет, либо бросится целовать мне руки. Второе было бы хуже — пришлось бы мыть пол.

Капитан стиснул зубы.

— Я должен убедиться, что вы не причините ему вреда.

Вот теперь я усмехнулась.

— Поздравляю. Вы опоздали на три года.

Он не понял.

Зато я увидела, как у Берты чуть сузились глаза. Она знала не все, но достаточно, чтобы не задавать вопросов при чужих.

Я взяла ножницы и разрезала остатки мундира на груди Рейнара.

— Ваш генерал умирает. В нем темное проклятие военного уровня, наложенное через кровь, огонь и, вероятно, личный предмет. Оно уже добралось до сердца. Через четверть часа начнется распад внутреннего пламени. Через полчаса его дракон сойдет с ума от боли и попытается вырваться. Если это случится здесь, вы потеряете генерала, лечебницу, половину улицы и, возможно, свои красивые сапоги. Поэтому выбирайте: либо вы выполняете мои указания, либо забираете его и красиво хороните.

Капитан побледнел.

— Вы можете остановить распад?

— Могу попробовать.

— Попробовать?

— Да. Я целительница, а не богиня. И, в отличие от некоторых, не делаю вид, что мое желание управляет законами мира.

Черные жилы на груди Рейнара дернулись.

Его тело выгнулось на столе.

Глухой, низкий звук вырвался из его горла — не человеческий. Драконий. От него звякнули стекла в шкафу, а у Лины, стоявшей у полки с инструментами, задрожали руки.

— Лина, — сказала я спокойно. — На меня смотри.

Она вскинула испуганные глаза.

— Госпожа…

— На меня. Не на него. Дай серебряные зажимы, черную соль и три ампулы лунного корня.

— Да.

Голос у нее сорвался, но она пошла. Хорошая девочка. Боится, но идет.

Я повернулась к Берте:

— Закрыть двери. Охранный круг по внешнему контуру. Всех пациентов перевести на второй этаж, кроме тех, кто не ходит — их в дальнюю палату. Никого не впускать. Никого. Даже если они будут угрожать королевской печатью, родовой местью или слезами.