Книга Врач для слепого дракона, или Не смотри на меня так, страница 50 – Олеся Герус

Квартал магов был тихим.

Не пустым — в нём жили люди, горели огни, пахло чем-то, что Алина определила как горящие травы, — но тихим так, как бывают тихими места, где привыкли думать. Дом Аста Вейра был невысоким, каменным, с синей дверью, на которой висел медный знак — круг с вписанным в него деревом, корни которого уходили вниз и превращались в молнию.

Сейрин постучал.

Им открыл сам маг — невысокий, лет шестидесяти, с той рассеянной внимательностью, которая бывает у людей, думающих сразу о нескольких вещах. Его руки были в следах чего-то тёмного — не грязь, что-то другое, магическое.

— А, — сказал он, посмотрев на Алину. — Это и есть та, о которой вы говорили? Целительница?

— Я, — сказала Алина. — Можно войти?

Он посмотрел на Сейрина.

— Один момент, — сказал Сейрин. — Я подожду снаружи.

Алина вошла.

Аст Вейр оказался именно тем человеком, с которым она умела разговаривать, — практиком, который думает задачами, а не теориями. Они сидели в его рабочей комнате — заваленной книгами, склянками, схемами на больших листах — и говорили час. Может быть, дольше. Алина задавала вопросы, он отвечал, она переспрашивала, он уточнял, и к концу этого разговора у неё было достаточно, чтобы составить мнение.

Он знал, что делает.

Это было видно — не по уверенности, уверенность бывает и у шарлатанов, — а по тому, как он говорил о механизме поражения. По тому, что сказал: «Я не гарантирую ничего, потому что никто не может». По тому, что описал риски раньше, чем описал возможный результат.

Врачи так и делают. Хорошие врачи — именно так.

— Что вам нужно, чтобы оценить конкретный случай? — спросила она в конце.

— Увидеть пациента, — сказал Вейр. — Поговорить с ним. Провести диагностику. — Пауза. — Это займёт несколько часов. И он должен прийти сам, добровольно, не под давлением. Магические системы чувствуют сопротивление — оно мешает.

— Я понимаю, — сказала Алина.

— И ещё одно, — сказал Вейр. — То, чем его ударило — это была сильная магия. Очень конкретная. Не боевое заклинание общего действия. — Он посмотрел на неё. — Это было направленное. Специально в глаза.

Алина держала взгляд ровно.

— Вы говорите, что это было намеренное ослепление.

— Я говорю, что технически — это было именно то, чем выглядит, — сказал Вейр. — Не побочный эффект битвы. Прицельный удар.

Алина вышла от него на улицу с тяжестью в груди, которую не могла сразу разобрать на части.

Сейрин ждал у двери, опираясь на стену — непринуждённо, как человек, который умеет ждать и не показывать, что ждал.

— Ну? — спросил он.

— Он согласен попробовать, — сказала Алина. — Результат не гарантирован, но он профессионал. Это настоящий врач, а не шарлатан.

— Я знал, — сказал Сейрин.

— Он сказал ещё одну вещь, — произнесла Алина ровно, глядя на него прямо. — О природе поражения.

Что-то в лице Сейрина изменилось — едва, на долю секунды.

— Я знаю, что он сказал, — произнёс советник тихо.

— Тогда вы знаете, что я скажу Каэрну всё. Включая это.

Долгая пауза.

— Я знаю, — сказал Сейрин. И в этот раз в его голосе было что-то, чему она не нашла названия — что-то тёмное и старое, как бывает у людей, которые сделали что-то непоправимое и с тех пор живут рядом с этим каждый день.

Она не стала ничего добавлять.

Развернулась и пошла обратно в резиденцию.