Книга Три зубастых герани для мадам Розмен, страница 2 – Кристина Миляева

Эти полчаса ожидания тянулись как расплавленная карамель. Наконец, появился распорядитель церемонии, весь важный и напыщенный, и объявил, что все готово. Мне помогли подняться — двигаться в этом монстре из шелка и жемчуга можно было только с помощью двух фрейлин, — и повели к аллее, ведущей к свадебной арке.

Сердце колотилось где-то в горле, смешиваясь с привкусом дорогих духов и голодной тошноты. Вот он, конец аллеи. Вот белоснежная арка, увитая живыми розами и серебряными лентами. А под ней — он. Элиан. Спиной ко мне. Его широкие плечи в темно-синем, расшитом серебром камзоле, идеальная стрижка, гладкая, как бархат. Он чуть склонился к кому-то, и я улыбнулась — вероятно, даёт последние указания священнику.

Толпа ахнула, завидя меня. Заиграла музыка. Я сделала первый шаг по лепесткам роз, усыпавшим дорожку. Элиан обернулся на звук. Его лицо озарила та самая, ослепительная улыбка. Он протянул ко мне руку. И тут мой взгляд скользнул чуть ниже.

Рядом с ним, прижавшись к его боку, стояла Лирейн. В своём бледно-розовом, скромном платьице свидетельницы она выглядела как маковка рядом с моим имперским собором. И она что-то держала в руках. Маленький, изящный бокал в форме лебедя. С нашим с Элианом общим вензелем.

Что-то в этой картине было неправильным. Сначала я подумала — ну, поднесла ему вина, чтобы успокоить, он же тоже волнуется. Милая Лирейн, всегда такая заботливая. Но почему она смотрит на него так? Взгляд её широко раскрытых глаз был странным… торжествующим? А его рука лежала у неё на талии. Нежно, почти что фамильярно.

Я замерла в паре шагов от них, и улыбка медленно сползла с моего лица. Музыка смолкла. В наступившей тишине был слышен только шёпот лепестков под ветром и моё собственное предательски громкое дыхание под тяжёлым головным убором.

Элиан не убрал руки. Он посмотрел на меня, потом на Лирейн, и его улыбка стала какой-то… снисходительной.

— Алисия, дорогая, — произнёс он своим бархатным, поставленным голосом, который обычно заставлял трепетать все женское население округи. — Я рад, что ты застала этот момент.

Я не понимала. Мой мозг отказывался складывать эти кусочки в хоть сколько-нибудь логичную картинку. «Застала какой момент? Момент, когда твоя рука обнимает за талию мою лучшую подругу на нашей собственной свадьбе?»

— Видишь ли, — продолжал он, и его пальцы легонько сжали бок Лирейн, отчего та застенчиво — о, боги, она сделала вид, что застенчиво! — потупилась. — За те долгие месяцы нашей помолвки я многое переосмыслил. Ты — прекрасная девушка. Блестящая партия. Но…

Он сделал театральную паузу, наслаждаясь всеобщим вниманием. Сотни глаз вылились на меня в упор, жгучими линзами.

— Но брак — это не только статус и выгода. Это родство душ. И я понял, что моя душа… тянется к другой.

Он посмотрел на Лирейн с таким обожанием, что у меня свело желудок. Лирейн подняла на него свои огромные, влажные глаза.

— Элиан… — прошептала она так тихо, что это должно было звучать интимно, но мёртвая тишина донесла этот шёпот до самого последнего лакея в задних рядах.

— Да, моя радость, — сказал он ей. И затем повернулся ко мне с выражением… сожаления? Нет. С облегчением. — Алисия, я не могу связать свою жизнь с тобой. Моё сердце принадлежит Лирейн. Она будет герцогиней де Корвин.