Книга Жена из прошлого. Книга 3, страница 74 – Валерия Чернованова

Думала, хуже уже быть не может, но оказалось, может. В кабинете мейста Гастфера помимо Эдвины и Кикки сидела Данна.

При виде меня драконица яростно взвилась:

— Раннвей, это недопустимо. Из-за твоего мужа моя Кикки чуть погибла!

Директор за компанию с любезной тётей уставились на меня с обличающим видом. Кикки принялась вызывающе громко всхлипывать, Эдвина же… задумчиво смотрела в сторону Вильмы. Старушка крутилась за спиной у Гастфера, возле зеркала, в котором отражался лысеющий затылок почтенного директора. Должно быть, именно на него (затылок или зеркало) она так пристально смотрела, но никак не на привидение.

— Леди Делагарди, прошу проходите, – произнёс глава гимназии так, словно вместо этого хотел сказать: шла бы ты со своей племянницей куда подальше. Постучав по столу пальцами, с явным недовольством добавил: – Честно говоря, я рассчитывал обсудить возникшую проблему с эйрэ.

Не дожидаясь, пока мне предложат сесть, я опустилась в кресло напротив Данны.

— Эйрэ сейчас не до вас. Он был серьёзно ранен в схватке с искажённым, от которого защищал мирных жителей этого города. В том числе и вас, мейст, – ответила я холодно.

Не забываем, что лучшая защита – это нападение.

Как и ожидала, директор стушевался, и даже Данна, снова намеревавшаяся что-то вякнуть, прикусила язык.

А вот Эдвина, подавшись ко мне, взволнованно спросила:

— Насколько серьёзно? Что с дядей?! Он…

— Мисти Эдвина, вам говорить не позволяли! – добавив в голос строгости, гаркнул Гастфер.

— С ним всё хорошо, – поспешила заверить я девочку, после чего перевела взгляд на директора. – Так что случилось? Почему Кикки должна была погибнуть и при чём здесь Эдвина?

Как и ожидала, всё оказалось не так страшно, как заявила Данна. Никто в гимназии умирать не собирался.

Ни Эдвина, ни Кикки ни в какую не желали признаваться, что стало причиной ссоры, и тем не менее это что-то подвигло наследницу Фарморов воспользоваться даром.

Занятия в гимназии явно пошли ей на пользу: теперь девочка могла не только создавать в сознаниях окружающих галлюцинации, но и отдавала ментальные приказы. По крайней мере, таким слабым драконицам, как Кикки, в которой ни одной силы так пока и не пробудилось. Эдвина велела ей станцевать перед доброй половиной гимназистов кан-кан, считавшийся в высшем свете танцем распутниц. Забравшись на стол и высоко задрав юбки, Кикки лихо отплясывала на радость ученикам, пока в столовую не вошли преподаватели. Попытки остановить юную танцовщицу успехом не увенчались, и тогда стало ясно, что Кикки не по собственной воле там скачет. В конце концов девочку удалось успокоить, а уж найти зачинщицу весёлого представления оказалось проще простого.

Весёлого для всех, кроме младшей Левенштерн.

— А дальше? – спросила я, когда директор замолчал.

— Что дальше? – не понял тот.

— Я всё жду, когда вы дойдёте до рассказа о смертельной опасности, грозившей Кикки стараниями моей племянницы.

— Разве ты глухая, Раннвей?! – взвилась Данна. – Моё бедное дитя едва не скончалось со стыда!

А, ну да, ну да.

— Во-первых, от стыда ещё никто не умирал, а во-вторых, Кикки явно дала Эдвине повод.

Глаза округлились у всех, а у Эдвины так больше всех. Знаю-знаю, нельзя потакать проказам ребёнка, тем более настолько капризного и избалованного, как Эдвина Польман. Но если учесть, в какой ситуации и в каком серпентарии она оказалась, а Кикки даже издали не выглядела белым, пушистым чебурашкой, то вывод напрашивался сам собой: Эдвину довели. До ручки, белого каления и очень неосмотрительных действий.