Книга Попаданка. Переполох в школе Эттерфилда, страница 2 – Яна Сандерс

Сжав челюсти и превозмогая боль в спине, я с трудом, но всё же спустилась и, усевшись рядом с Раей, тяжело вздохнула. Похоже, не избежать нам нынче отрыва. Главное, аптечку далеко не убирать.

Зина — декан факультета журналистики — всегда была заводилой в нашей компании. Я познакомилась с ней, когда училась в педагогическом. И тогда уже её бойкая натура кипела, выплёскивая брызги неуёмной энергии всюду, где бы Зина ни оказалась, и заражая драйвом окружающих. Подруга училась хорошо, но это не мешало ей устраивать дискотеки в нашей комнате, хоть они и были запрещены, срывать занятия, если считала, что учитель неправ. А в последнем семестре, когда мы готовились к экзаменам и писали дипломные работы, вообще съехала из общежития и стала жить со своим первым будущим мужем. Строгие родители Зины подобного бы не одобрили, мягко говоря, и она всё полугодие очень умело скрывала от них правду. Благо жили те в другом городе и нечасто виделись с дочерью. Зато когда она приехала домой после сессии с женихом и огромным животом, маме её поплохело. Даже скорую вызывали. Но всё, слава богу, обошлось.

В противовес товарке я всегда была тихая и скромная. Даже не знаю, почему Зина именно меня себе в подруги выбрала. Возможно, понимала, что только я могла притормозить её активность, когда она совсем уж теряла голову.

После вуза мы по распределению попали в разные школы города. В своей я так и осталась учителем русского и литературы. А Зина через несколько лет после развода с первым мужем пошла работать в университет. И вскоре стала женой ректора.

У меня в личном не сложилось. Отношения никогда не доходили до чего-то серьёзного. То ли внешностью не удалась, то ли скромная была излишне, и парни просто не знали, что со мной делать. Потому и детишками я тоже не обзавелась, отдав всю себя школе и ребятам.

Отчасти Зина была права. Уйдя на пенсию, я потеряла интерес к жизни и впервые ощутила пустоту. Чего-то важного и главного так и не случилось. И теперь хотелось лишь одного — чтобы меня оставили в покое.

Но Зина была бы не она, если бы не растормошила нас с Раей и не вытащила на море. Я не хотела ехать. Но ровно до тех пор, пока не села в поезд. Теперь я была благодарна подруге за участие. А ведь ей и впрямь не составило бы труда найти себе компанию повеселее.

Рая — её соседка по лестничной клетке и по совместительству мой участковый терапевт — очень гармонично вписалась в нашу жизнь пятнадцать лет назад. С тех пор мы частенько встречались то у неё на кухне, то у Зины. И я полагала, так будет всегда.

— Хватит! Куда ты столько льёшь? — Рая опасливо выставила перед собой ладонь, не давая подруге наполнить коньяком стакан до краёв.

— Куда надо. Тебя муж отпустил с подругами на море впервые за сорок лет брака. Это нужно отметить. А вообще девочки, — продолжала она, наливая теперь мне, — жить надо так, чтобы там, — она осторожно возвела палец к потолку, — историями вашей земной жизни зачитывались все службы небесные. Как у Бендера было: «Разбор грехов моих оставьте до поры. Вы оцените красоту игры!»

Она свела губы трубочкой и чмокнула себя в кончики пальцев, растопырив их на манер человека, которому вкусно. Рассмеялась как девчонка, гремя массивными бусами сочного кораллового оттенка.