Книга Смерть на Кикладах. Сборник детективов №6, страница 137 – Сергей Изуграфов

Голос его предательски дрожал от пережитого в морге волнения и стыда за свою слабость.

— Это значит, – снова терпеливо повторил врач, – что аллерген, способный вызвать системную иммунную реакцию катастрофической силы, уже значился в биохимической «памяти» данного организма как совершенно непереносимый раздражитель, о встрече с которым организму, образно выражаясь, уже пришлось однажды горько пожалеть.

Встретив недоуменный взгляд Антонидиса, не поспевавшего за английскими идиомами, врач пояснил:

— Проще говоря, когда-то ваша пострадавшая уже столкнулась с данным аллергеном, и мало ей не показалось. Я даже допускаю, что однажды она уже едва не умерла! Должна же она была это запомнить! По крайней мере, ее иммунная система это точно запомнила. И такой печальный исход – закономерный результат, к сожалению. Странно только, что погибшая перед смертью вела себя настолько легкомысленно. Обычно аллергики, однажды пережив подобный приступ, стараются внимательно отслеживать, что именно они едят и что именно пьют, какую одежду носят, какой косметикой пользуются…

— Саввас, вы считаете, что аллерген мог находиться именно в еде? – наконец, как следует отдышавшись, подал окрепший голос старший инспектор. – Не могло это быть что-то другое?

— В еде? – задумчиво переспросил патологоанатом. – Не исключено… Острая пищевая аллергия – очень распространенное явление, и в качестве аллергенов могут выступать абсолютно любые продукты. Видите ли, дело в том, что реакция зачастую развивается очень быстро – в течение нескольких минут с того момента, как агрессивное вещество попало в организм. И наиболее опасные проявления пищевой аллергии – это как раз анафилаксия и удушье.

— Да, это очень похоже на то, что случилось с Шиманской, – по-русски пробормотал задумчиво Смолев. – Очень, очень похоже… Черт возьми! Неужели я прав?

Антонидис взглянул на владельца виллы «Афродита» со смешанным чувством: Алекс сидел с несколько отрешенным видом, глубоко откинувшись на спинку скамьи, вытянув вперед ноги и сложив руки на груди. Время от времени привычным жестом владелец виллы растирал шрам на левом виске. Старший инспектор знал, что это значит: русский что-то напряженно обдумывал.

Судя по всему, Смолев действительно «нащупал» нечто важное, какую-то зацепку, ниточку, потянув за которую, можно будет распутать все дело, что не могло не радовать, и в то же самое время бывший начальник криминальной полиции злился на себя за собственную недогадливость. Видя, что коллега на время погрузился в глубокие раздумья, старший инспектор решил хотя бы здесь на время перехватить инициативу и досконально выяснить все медицинские нюансы. Вдруг это натолкнет его на какую-то мысль.

— И как это работает, Саввас? – достав блокнот и ручку, поинтересовался Антонидис у врача. – Хотелось бы знать детали. Механизм, так сказать…

— Просто. Аллерген попадает в организм, где затем происходит выброс целого коктейля гормонов и медиаторов, – начал быстро загибать пальцы медик, – гистамин, лейкотриены, простагландины, брадикинин. В результате чего резко падает сосудистый тонус, увеличивается проницаемость сосудистых стенок, ткани отекают, спазмируется гладкая мускулатура, органы буквально задыхаются от ишемии и кислородного голодания. Сосудистый коллапс – резкое падение артериального давления, сердечная аритмия и отечность верхних дыхательных путей, – и, при отсутствии немедленной квалифицированной медицинской помощи, как правило, летальный исход, – подытожил патологоанатом, с лукавой улыбкой глядя на растерянного старшего инспектора, совершенно заблудившегося уже после слова «коктейль».