Книга Ножницы, страница 16 – Анна Завгородняя

Я развернулась к выходу и несколько минут спустя уже стояла у дверей, ведущих в кабинет графа фон Эберштейна, надеясь, что его светлость находится именно там.

Решительно постучав, не услышала ответ.

«Хм!» — Моя бровь скользнула вверх. Как-то я не заметила, чтобы Максимильян покинул особняк. Окна учебного класса выходят во двор, и я бы точно услышала, если бы граф уехал.

Постучав снова, не удержалась и прижалась ухом к двери.

— Меня ищете? – раздался голос за спиной. Отпрянув, я повернулась и увидела фон Эберштейна, стоявшего рядом.

— Вы очень тихо передвигаетесь, ваша светлость, — произнесла, глядя в глаза Максу.

— Умею, когда хочу, — последовал ответ. – Но зная вас, могу предположить, что вы пришли с определенной целью?

— Да, — кивнула с готовностью.

Максимильян шагнул ближе, вынудив меня отступить от двери, и открыл последнюю, предложив мне войти.

— Поговорим в кабинете, — сказал он.

Я вошла и еще до того, как фон Эберштейн закрыл за нами дверь, произнесла:

— Для проведения обряда необходимо место силы.

Граф и глазом не моргнул. Прошел мимо, встав привычно у окна, повернулся ко мне и ответил:

— В городе есть несколько таких мест.

— Нам нужно с самой высокой концентрацией магии, — заметила я тихо.

Фон Эберштейн призадумался.

— Первое, что приходит в голову – дворец кайзера.

— Я тоже подумала о нем. Но вы понимаете – это слишком опасно.

— Именно поэтому и не рассматриваю его, — вздохнул Максимильян. – Погодите, госпожа Вандермер! – Граф подошел к своему письменному столу, выдвинул нижний ящик и достал карту, которую расстелил на столе, подозвав меня приблизиться. Одного взгляда хватило, чтобы понять: это карта столицы. Очень подробная и, я бы сказала, любопытная. Прежде я не видела ничего подобного.

На этой карте были обозначены все здания с подписью, что и кому принадлежит. А еще… Еще она была живой, в точности как та, что висела на стене в классной комнате юного маркграфа. Видимо, обе создал один и тот же мастер.

Максимильян провел над картой ладонью, затем щелкнул пальцами, и изображения начали оживать. Более того, на поверхности вспыхнула яркая красная точка. Рядом с ней еще одна, чуть поменьше.

— Это мой особняк, — пояснил граф. – Точки на карте…

— Вы и господин Штефан! – догадалась я.

Макс улыбнулся.

— Да. Карта показывает представителей рода фон Эберштейн, по ветке от моего отца.

— Чудесная вещь! – Я наклонилась ниже, рассматривая особняки и парки, дороги и скверы. Скользнула взглядом по торговому кварталу, заметив лавку, в которой приобретала нужные травы. Затем нашла глазами дворец кайзера и замерла, когда граф склонился рядом, оказавшись неожиданно близко. Так, что наши головы соприкоснулись волосами.

Невольно вздрогнув, поспешила распрямить спину.

— Сейчас я отыщу для нас места силы. – Граф снова провел ладонью над картой, и она ожила. Дома пошли рябью, в нарисованных окнах вспыхнул свет. Ветер зашумел в кронах деревьев. На дорогу полетели желтые листья, позабытые ушедшей осенью. Мне показалось, что в какой-то момент я даже почувствовала, как пахнет сыростью дорога к дворцу, расчищенная от снега.

— Вот. – Фон Эберштейн указал на несколько вспыхнувших зеленых точек. Самые маленькие располагались одна в парке у пруда. Еще одна у колоннады здания департамента общественности, третья, совсем крошечная, едва различимо вспыхнула в Тенистой аллее жилого квартала, где стояли дома знати, и самая яркая, игнорировать свет которой я просто не смогла, во дворце кайзера.