Книга Плохая мачеха драконьих близнецов, страница 70 – Диана Фурсова

У стены стояла Селеста.

Дорена тоже была там, под надзором Арлена. Внешне смиренная. Но глаза её блестели.

Каэль остановился у стола.

— Совет прибыл раньше указанного срока.

Белобрысый мужчина склонил голову.

— Совет прибыл в пределах утреннего предписания. Генерал Рейвар, мы не намерены спорить о часах. Дети должны быть подготовлены к выезду.

Лира судорожно вдохнула.

Риан шагнул ближе к сестре.

Каэль сказал:

— Они не покинут замок.

Женщина с цепью на плечах подняла брови.

— Неподчинение Совету будет внесено в протокол.

— Вносите.

Элиана увидела, как Дорн у двери побледнел. Арлен напрягся. Даже Селеста закрыла глаза на короткое мгновение, будто Каэль сделал именно то, чего она боялась.

Элиана выступила на полшага вперёд.

— Совет ещё не выслушал дом.

Белобрысый мужчина посмотрел на неё так, словно только теперь признал её присутствие.

— Леди Элиана Рейвар. Ваша репутация уже учтена.

Риан резко поднял голову.

Элиана не дрогнула.

— Тем лучше. Значит, вы знаете, что я не прошу снисхождения к себе.

— Вы вообще не имеете голоса в вопросе ранней силы наследников, если Совет не признает вас частью защитного круга.

— Именно об этом я и хочу говорить.

Женщина с цепью прищурилась.

— На каком основании?

Элиана положила на стол книгу домашних признаний.

Тяжёлая обложка глухо ударила о дерево.

— По праву дома Рейвар. Раздел о детях раннего крыла. Если дети добровольно принимают мать дома перед свидетелями, она может выступить голосом внутреннего круга рядом с отцом.

В зале стало очень тихо.

Селеста опустила взгляд.

Дорена впервые перестала улыбаться глазами.

Белобрысый советник медленно перевёл взгляд с книги на Элиану.

— Вы понимаете, что ссылаетесь на право, которое не применялось в роду Рейвар несколько поколений?

— Не применялось — не значит отменено.

— Вы не мать крови.

— Я этого не утверждала.

— Вы мачеха, которую дети боялись ещё несколько дней назад.

— Да.

Лира тихо всхлипнула.

Элиана не обернулась, хотя хотелось.

— И всё же вы считаете, что они признают вас матерью дома? — спросила женщина с цепью.

— Я считаю, что их нужно спросить не как предмет проверки, а как детей, у которых есть голос.

— Опасное новшество, — сухо сказал один из писцов.

Каэль повернул к нему голову.

Писец сразу опустил глаза.

Белобрысый советник подошёл к книге, проверил строку, которую Марта заранее отметила тонкой лентой. Читал он долго. Потом закрыл книгу.

— Право действительно существует.

Элиана не позволила себе выдохнуть.

— Но его условия строги, — продолжил он. — Дети должны сами назвать леди Элиану матерью рода или матерью дома перед свидетелями. Без подсказки. Без давления. Без жеста со стороны отца.

Каэль сказал:

— Мы не станем давить на детей.

— Тогда спросим.

Элиана резко повернулась к нему.

— Нет.

Советник поднял брови.

— Вы сами сослались на право, леди Рейвар.

— Я сослалась на право, чтобы Совет признал: у детей есть домашний голос. Но я не позволю превратить это в ловушку. Они напуганы. Вы приехали ночью, с приказом забрать их утром. Любой ответ сейчас будет произнесён под страхом.

— Удобное возражение, — сказала женщина с цепью. — Когда нет уверенности в ответе.

Элиана посмотрела на неё.

— Именно потому, что я не уверена в ответе, я и говорю честно.

В глазах женщины мелькнуло раздражение.