Книга Плохая мачеха драконьих близнецов, страница 42 – Диана Фурсова

Для начала хватит.

— Тогда мне нужен Дорн, Марта, Нисса, Эвен, старшая кухарка и тот, кто отвечает за двор, — сказала Элиана. — И список комнат, которые увидит Совет, даже если мы не захотим их туда вести.

Каэль чуть прищурился.

— Почему даже если не захотим?

— Потому что люди, приехавшие искать повод, не будут смотреть только туда, куда их пригласят.

Впервые в его взгляде мелькнуло нечто похожее на мрачное одобрение.

— Через час в хозяйственном зале.

— Через полчаса, — сказала она и сама удивилась собственной твёрдости. — У нас три дня.

Каэль посмотрел на неё долго. Потом коротко кивнул.

— Полчаса.

Он ушёл первым.

Элиана осталась в галерее с письмом в руках и ощущением, что только что сама открыла дверь в бурю. Хотела ли она этого? Нет. Умела ли управлять драконьим замком? Тоже нет. Но сейчас, как ни странно, именно это незнание спасало от прежней ошибки. Она не могла притворяться всемогущей хозяйкой. Ей придётся спрашивать, слушать, ошибаться и исправлять.

А это, возможно, было лучше, чем уверенно разрушать.

Через полчаса хозяйственный зал напоминал не место для распоряжений, а маленький штаб перед осадой. На длинном столе лежали хозяйственные книги, связки ключей, стопки чистой бумаги, куски ткани, список слуг, письмо Совета и несколько грубых планов замка, которые Дорн достал из нижнего ящика с таким видом, будто не ожидал, что они когда-нибудь понадобятся госпоже не для перестановки мебели, а для защиты детей.

Пришла и старшая кухарка — плотная женщина с мукой на рукаве и лицом человека, которого оторвали от важного дела и теперь он заранее недоволен. Звали её Грета. Поклонилась она коротко, но честно, без той вязкой учтивости, за которой Дорена прятала ножи.

Пришёл смотритель двора — худой темнокожий мужчина с обветренным лицом, по имени Арлен. Он говорил мало, но сразу встал так, чтобы видеть и Элиану, и Каэля. Эвен принёс с собой маленькую дощечку и уголь, потому что, по его словам, «словам без рисунка люди слишком часто верят неправильно».

Каэль стоял у стены, как и вчера, не вмешиваясь. Но сегодня его молчание уже не выглядело полным отказом. Скорее, он давал ей верёвку — и смотрел, свяжет ли она что-то полезное или сама затянет петлю.

Элиана положила письмо Совета на середину стола.

— Через три дня в замок приедут наблюдатели Совета. Они будут оценивать условия, в которых живут Риан и Лира. Я не знаю всех ваших правил и не стану делать вид, что знаю. Поэтому спрашиваю каждого прямо: что в доме сейчас выглядит так, будто дети здесь лишние?

Никто не ответил.

Грета нахмурилась. Дорн посмотрел на Каэля. Нисса опустила глаза. Арлен разглядывал столешницу так внимательно, будто там был написан правильный ответ.

Элиана медленно выдохнула.

— Я не ищу виноватых. Мне нужны факты.

Марта первой положила ладонь на стол.

— Отдельная малая столовая.

Каэль чуть заметно напрягся.

Элиана не посмотрела на него. Если сейчас она станет ждать разрешения на каждую правду, разговор умрёт.

— Почему?

— Потому что дети едят там не всегда по своему желанию. Иногда потому, что так проще избежать сцен.

Сцен прежней Элианы, невысказанно повисло в воздухе.

— Записали, — сказала Элиана.

Дорн взял перо.

— Что ещё?

Нисса подняла руку, как девочка на уроке, и тут же смутилась.