Книга Цена (не) её отражения, страница 88 – Тория Кардело

В раздевалке повисла почти осязаемая тишина. Все девочки застыли на месте — кто с блузкой в руках, кто с расчёской, кто с помадой.

Лицо Полины ещё больше побледнело.

— Да как ты смеешь, — прошипела она, делая шаг к Але. — Что ты вообще понимаешь, уродина? Я была добра к тебе, пыталась помочь тебе, дать совет…

— Добра? — Аля нервно усмехнулась. — Да ты с первого дня испортила мне жизнь в новой школе!

— Это правда! — Полина почти кричала. — Это доброта! Если бы я не говорила тебе, какая ты толстая и уродливая, ты бы так и жила в иллюзиях! Я пытаюсь тебя разбудить!

— Нет, Полина. Ты пытаешься себя успокоить. Тебе нужно, чтобы рядом был кто-то хуже тебя. Кто-то, кого можно пнуть, чтобы почувствовать себя лучше.

Это ударило точно в цель. Полина побледнела так сильно, что, казалось, сейчас упадёт в обморок. Но вместо этого она с криком бросилась на Алю и ударила её по лицу — наотмашь, со всей силой.

Удар обжёг щёку. Аля отшатнулась, прижала ладонь к горящей коже. Но странное дело — боль только усилила холодную решимость внутри.

— Ты, — прошипела Полина, тяжело дыша, — ты пожалеешь об этом, Кострова. Клянусь, ты пожалеешь.

— Нет, — Аля спокойно улыбнулась. — Не пожалею. Потому что сегодня — последний день, когда ты можешь меня обидеть. Завтра меня здесь не будет.

— Что ты несёшь? — Полина нахмурилась, не понимая (или, наоборот, понимая слишком хорошо?).

— Полина, хватит, — вмешалась Настя, хватая одноклассницу за руку. — Успокойся. Если учителя узнают, у тебя будут проблемы.

— Да, — Ира встала между Алей и Полиной. — Пойдём отсюда. Она не стоит твоего внимания.

— А вы, — Аля перевела взгляд на этих двоих, — вы ничем не лучше неё. Просто прячетесь за её спиной. Она делает грязную работу, а вы делаете вид, что ни при чём. Но вы такие же участницы травли, как и она. Просто трусливые.

— Аля, — Настя виновато опустила глаза, — мы не хотели… То есть, я…

— Да ладно, — Аля пожала плечами, — не утруждайся. Всё уже не важно. Я говорю же — завтра меня здесь не будет.

Она оделась, взяла свои вещи и вышла из раздевалки, оставив позади себя гробовую тишину.

В коридоре Аля прислонилась к стене и несколько секунд простояла с закрытыми глазами. Сердце едва не выпрыгивало из груди, а щека горела от удара. Но странное дело — она чувствовала себя… живой. По-настоящему живой, может быть, впервые за много лет. Как будто энергия из мира снов теперь плескалась внутри неё наяву.

* * *

После школы Аля направилась на набережную Зимницы. Дождь то усиливался, то стихал, но не прекращался. Ветер швырял холодные капли в лицо и забирался под воротник.

Аля остановилась. Вокруг никого — рабочий день, да и погода не располагала к прогулкам. Она была одна. Достала из рюкзака свёрнутую картину, развернула. Краски немного размазались под дождём, но изображение оставалось чётким. Прекрасная девушка с огненными волосами в изумрудном платье смотрела на неё.

«Сейчас. Сейчас я стану тобой. Навсегда».

Она сжала «ключ» в руках, закрыла глаза и представила, как из этого мира она переносится в другой — яркий, волшебный, где она красива, любима, счастлива.

Но почему-то перед внутренним взором возникла не Ткань Снов. А её комната. Уютный плед бабушкин плед, детские рисунки на стенах. Полка с книгами — от классики до фэнтези, — которые она перечитывала десятки раз. Фотография на обложке семейного альбома: пятилетняя Алечка на плечах у папы на фоне моря. Мамины растения на подоконнике. И лицо мамы. Не холодное и отстранённое, как сегодня утром, а как на дне рождения Али пять лет назад; мама испекла огромный шоколадный торт и радостно смеялась, видя, что Але понравился новый подарок — электронная книга.