Онлайн книга «Цена (не) её отражения»
|
Внутри поселилось странное спокойствие, уверенность и сила, которую она раньше никогда не ощущала. «Сегодня последний день одинокой и несчастной уродины Али Костровой». Удивительно, но эта мысль не вызвала страха или печали. Только облегчение, как перед операцией, способной избавить от многолетней боли. За окном царил серый октябрьский день. Моросил дождь, ветер гнал по асфальту увядшие листья. Обычно такая погода навевала на Алю в тоску, но сегодня казалась… подходящей. Умывшись, она взглянула на своё отражение в зеркале ванной. Всё та же бледная Аля, с тусклыми глазами и растрёпанными волосами. Но в этот день она смотрела на себя иначе. Как на кокон, из которого скоро выпорхнет бабочка. Аля собрала рюкзак в школу, аккуратно положила в него главное сокровище — свёрнутую в трубочку картину. «Сегодня. Сегодня мы станем одним целым». На кухне царила тишина. Отец уже ушёл на работу, мама сидела за столом, пила кофе и листала новости в телефоне. Она не подняла глаз, когда Аля вошла. Вчерашняя ссора всё ещё разделяла их ледяной стеной. Аля сделала бутерброд, налила чай. Они завтракали в молчании. Раньше это заставило бы её страдать, мучиться и пытаться заговорить первой. Но сегодня всё казалось мелочью, недостойной внимания. — Я ухожу, — сказала Аля, вставая из-за стола. Мама молча кивнула, не отрываясь от телефона. Ни «пока», ни «удачного дня». Ничего. В сердце Али кольнуло сожаление, но она быстро отбросила его. Больше ей не понадобится ни эта обувь, ни эта одежда, ни это тело. * * * На уроке физкультуры они играли в волейбол, и класс разделили на две команды. Аля традиционно осталась последней и, как всегда, подвела команду. Мяч будто нарочно летел в её сторону, а она, неуклюжая и неловкая, каждый раз упускала его. Их команда проиграла с разгромным счётом. В раздевалке начался привычный ритуал. Девочки переодевались, бросая на Алю косые взгляды, перешёптывались и смеялись. — Кострова, ты специально так играла? — Настя Редькина, капитан их команды, не выдержала первой. — Мы из-за тебя продули! — Да она не специально, — хмыкнула Ира Соколова, лучшая подруга Насти. — Она просто настолько криворукая, что даже мяч поймать не может. — Или толсторукая, — вмешалась Полина, сидевшая на скамейке и демонстративно разглядывавшая свой маникюр. — И толстоногая. И вообще целиком толстая. Девочки захихикали. Но Алю их издёвки не задели — она надела блузку, медленно застегнула пуговицы, чувствуя, как внутри что-то трепещет, словно маленькое, но очень сильное существо рвалось наружу. — А знаете, что самое смешное? — Полина встала, подошла ближе. В её голосе появились знакомые Але интонации — сладкие, ядовитые. — Она ведь думает, что, если наденет мешковатую одежду, никто не заметит, какая она толстая. Но тебя, Кострова, видно за километр. Ты как… как… — Достаточно. Аля не узнала собственный голос. Он звучал иначе — ниже, твёрже и холоднее. Она повернулась к Полине и посмотрела той прямо в глаза. Никогда раньше она не решалась на это. — Что? — Полина на секунду растерялась, но быстро взяла себя в руки. — Что ты сказала? — Я сказала: достаточно, — повторила Аля, и странным образом с каждым словом её голос становился увереннее. — Достаточно твоего яда, Полина. Знаешь, я всегда думала, почему ты так одержима моим весом? Почему постоянно указываешь мне на лишние килограммы? И сегодня я поняла: ты боишься стать такой, как я. Ты сама каждый день считаешь калории, просиживаешь часами в спортзале, издеваешься над собой диетами — потому что боишься поправиться. Боишься, что если наберёшь хоть килограмм, тебя перестанут любить. Перестанут восхищаться. И тебе нужен кто-то, кто будет оттенять твою «идеальную» фигуру. — Она шумно выдохнула и продолжила: — Кто-то, на фоне кого ты будешь чувствовать себя красивой. Поэтому ты травишь меня. Но знаешь что, Полина? Ты сама по себе — пустое место. Без всех этих масок, диет, тренировок, дорогой одежды — ты никто. |