Книга Баба Нюра в новом теле (деле), страница 87 – Ольга Коротаева

Мы с Мором шли по ночному городу и, держась за руки, с улыбкой посматривали друг на друга. После того, как Велинг, прибывший с подчинёнными Мора, излечил шишку и царапину на моём затылке, а потом напоил тонизирующим зельем, я ощутила себя так, будто была готова гулять вот так хоть до рассвета. Лишь бы с ним.

Внезапно Дэвон прижал меня к стене и навис, будто снежная лавина. В груди сладко ёкнуло от давно забытого чувства. Затаив дыхание, я подняла голову и приоткрыла губы, надеясь на жаркий поцелуй…

— Почему ты так на меня смотришь? — сверкнув глазами, тихо спросил Дэвон.

Вот же… Мор!

Решил подразнить невинную девушку? Увы, приятель, тебя ждёт сюрприз. В эту увлекательную игру можно играть вдвоём!

— Как так? — хитро прищурилась я.

— Будто я единственный мужчина на всём свете, — вкрадчиво проговорил он и чуточку сильнее сжал мои пальцы.

Меня будто молнией прострелило, и захотелось, вопреки пожеланию брата, плюнуть на колодец и заняться своей личной жизнью. Точнее, приступить к настоящей брачной ночи. Но я не двинулась, не обвила шею Дэвона, не приподнялась на носочки и не прильнула к его твёрдым губам. А лишь задумчиво протянула:

— Но ты не единственный… Ох!

Он вжал меня своим телом в стену так, что перехватило дыхание. Сердце забилось, как пойманная птица, от ярких эмоций закружилась голова, и я вдруг ощутила себя девчонкой. Впервые с момента, как очутилась в этом мире, почувствовала себя не бабулькой, которой правительство выдало свидетельство «дожития», а молодой девушкой, в груди которой кипит страсть.

Вот что любовь животворящая делает!

А лицо Дэвона исказилось в ревнивой гримасе:

— Не… — процедил он, явно сдерживая вулкан ярости. — … Единственный⁈

— Ну да! — Ядрёны пассатижи! Как же приятно дразнить этого тигра! Я начала загибать пальцы: — Ещё есть Нога, Рука, Грыжа…

Мор растерянно моргнул:

— Что?..

Я едва не расхохоталась, но всё же сдержалась и продолжила:

— А ещё Велинг, Даниэль и даже злодей Госк!

— Ханна! — прорычал мужчина.

А я невинно хлопнула ресничками и мило улыбнулась:

— Видишь, дорогой, в этом мире полно мужчин. Так что я никак не могу смотреть на тебя, как на единственного мужчину на всём свете.

Мор потемнел лицом, а я игриво продолжила:

— Вот если бы назвать тебя единственным в своей жизни, тогда ладно.

— Ханна, — теперь он выдохнул имя так, что подкосились колени.

Ох, что этот невероятный образчик мужественности делает с бедной Нюрой! И как в мою голову могли прийти глупые мысли о том, чтобы расстаться с этим потрясающим человеком из-за эфемерной верности бывшему жениху⁈ Вложить такие мерзкие мысли в мою светлую голову? О! Этот Госк настоящий злодей!

И вдруг с губ сорвалось:

— А что если я не Ханна?

И замерла, осознав, что натворила.

«Кто тут только что про светлую голову говорил?» — отругала себя.

Но в то же время осознала, что мне хотелось рассказать Дэвону, на ком он женился. Негоже начинать семейную жизнь со лжи, а в ложь во благо я никогда не верила. Она как ржавчина под лаковым покрытием, будет разъедать трубы, хотя с виду всё будет красиво.

— Что если твоя жена на самом деле из другого мира? — шевельнула немеющими губами.

Сердце заколотилось, внутри будто кислотой обожгло. Что ответит Мор? Как отреагирует? Решит, что Ханна сумасшедшая? Сведёт всё в шутку? Я не хотела, чтобы Дэвон так поступал. Я была о нём другого мнения, но всё же очень боялась.