Книга Моя мачеха – землянка, страница 43 – Ольга Коротаева

— Целительство, — с запалом признался он и густо покраснел. — Конечно, я понимаю, что для иха это недопустимо. — И тут же снова вскинулся: — Но почему?! Что плохого в том, чтобы помогать больным или раненым?

Барсилий улёгся, сложив лапку на лапку, и авторитетно заявил:

— Всяк сверчок знай свой шесток!

— Это сусайянский диалект? — не понял мальчик. — Я не силён в языках. Сард постоянно ворчит, что я бездарь.

— М-да, — протянул Барсилий и, почесав за ухом, куда Роза тайно от своих внедрила коту капсулу-переводчик, вздохнул. — Похоже, и земные технологии не всесильны. Я хотел сказать, что ты рождён править. Сам же говорил, что единственный наследник клана. Твоё дело — политика!

— Вот и отец ничего слышать не захотел, — понурился Айк. Присел на стул и зло уставился на свитки. — А между тем Луину целительство плести интриги не мешает!

— Кстати об этом типе, — заинтересовался Барсилий. — Ты посоветовал моей Розе ничего не брать у него. Почему?

— Это плохой человек, — буркнул мальчик.

— Чем плохой? — подался вперёд кот. — Что он сделал? Этот гад замешан в твоём похищении? Или что похуже?

— Он…

Айк тряхнул светлыми волосами и, схватившись за голову, вдруг болезненно застонал.

— Что с тобой? — заволновался Барсилий. Спрыгнув с кровати, подбежал к ребёнку и тронул лапкой. — Эй-эй! Я понял. Он плохой.

— Да, — с облегчением выдохнул Айканар и уронил руки.

На лбу мальчика серебрились капельки пота. Волнение ребёнка коту не понравилось. Казалось, что Айк не в силах рассказать что-то важное. Королевский целитель Барсилию тоже не приглянулся, но кот решил, что причина тому не интуиция, а настойчивая агрессия Луина к его доброй хозяйке.

— Говоришь, что нравится изучать карты? — прищурился кот. — Помню некий коридор, в котором мы подслушали разговор твоего отца. Совершенно случайно, разумеется! Но…

Он многозначительно замолчал, надеясь, что мальчик догадается, но тот лишь непонимающе хлопал длинными светлыми ресницами.

— Может, навестим нашего целителя? Интересно, вдруг он что-то замышляет?

— Луин умён. — Айк покачал головой. — Вокруг его лаборатории нет ни одного тайного хода. Был один, но его давно засыпали камнями.

И тут же воодушевился:

— Есть другой путь!

Вскочив, бросился к окну и распахнул его.

— Ты что задумал, приятель? — заволновался кот. — А ну отойди оттуда! Я видел, как высоко.

Но мальчик не слушал. Замер на месте и, наклонив голову, опустил ресницы.

— Айк, я что сказал? — заюлил вокруг Барсилий. — Закрой окно. Продует!

— Тш-ш-ш, — не открывая глаз, прошептал мальчик. — Не мешай. Я не так хорош в этом, как отец или дед. Иначе меня бы не посмели тронуть…

И затих. Котовский сделал ещё один круг, а потом уселся рядом. Он уже понял, что мальчик не собирается ни прыгать в окно, ни вылезать наружу с помощью верёвки. А намёк на отца и деда наталкивал на мысль, что ребёнок пытается стать драконом. Шерсть на загривке тут же вздыбилась, а память Барсилия подкинула жуткие картинки из прошлого. Летать коту не понравилось.

— Ой, что-то мне расхотелось следить за Луином, — пробормотал он и пополз к двери. — И вообще. Мне к моей двуногой пора. Заждалась ведь!

Тут над головой полыхнуло и раздалось шипение. Котовский обернулся и, застыв от ужаса, не мигая смотрел на пузатого дракончика с непропорционально короткими крылышками и длинным узким носом. Зелёно-розоватая чешуя существа переливалась, будто перламутр, изумрудные глаза светились лампочками.