Книга Моя мачеха – землянка, страница 40 – Ольга Коротаева

Впрочем, в следующее мгновение пришло понимание более важного. Оспаривать брак?! Значит, его могут отменить? И что потом со мной будет? Вряд ли отпустят. Но и казнить уже не станут? Или… Вопросы роились, жаля меня жуткими предположениями. И худшее из них — что, если я не успею заполучить образец шестьсот тринадцать?

Этого я допустить не могла.

Порывисто схватила мужчину за руку и выпалила:

— Если так нужно, я потерплю!

Зажмурившись, запрокинула голову и замерла в ожидании. Цепочка выводов выстроилась мгновенно. Поцелуи — боль — рисунок на коже, при виде которого беловолосая красотка Кнессэ превратилась в фурию.

Прикосновение лёгкое, как крыло бабочки, приморозило меня к месту…

Но больше ничего не произошло.

Удивлённо приоткрыв глаза, я заметила, что мужчина всего лишь убрал с моего лица выбившуюся из причёски прядку. И сейчас иха старательно поджимал губы, то ли злясь на меня, то ли… Ох! Он явно сдерживал усмешку. Зелёные радужки Такета так и искрились смешинками.

— Нам не обязательно спешить, — всё же произнёс он, и я ощутила, как щёки наливаются жаром.

Проклятая бледная кожа, которая всегда выдавала мои эмоции ярким румянцем, подвела и сейчас. Как бы ни пыталась скрыть смущение, для иха оно было как на ладони.

«Надо было обнять его, — запоздало подумала я. — Представить, что рядом со мной Эдан. Мой законный муж целует меня».

И что теперь? Не поведи я себя как девственница, иха добавил бы метке новых завитков и, как вчера, исчез из спальни. Я была готова локти кусать, ведь совершенно не представляла, как себя вести. Ведь Такет уходить не собирался, и его присутствие нервировало всё сильнее.

Облизав враз пересохшие губы, я хрипловато спросила:

— Тогда чем займёмся?

Иха вновь поднял руку и, едва прикасаясь, провёл по моим волосам. На пол посыпались драгоценные заколки и украшения для причёски, а локоны свободно рассыпались по плечам. Стало легко, но я не спешила благодарить иха. Вдруг он так же, дуновением магии, лишит меня и одежды.

— Тебе наверняка так и не удалось поесть, — внимательно рассматривая меня, предположил мужчина.

— И даже воды попить, — сокрушённо вздохнула я, не переставая, впрочем, следить за каждым его движением.

— Я так и думал. — Он подал мне руку. — Идём.

Я покосилась на его длинные аристократические пальцы как на клубок змей.

— Куда?

Такет выгнул бровь, взгляд его похолодел, и я обречённо ухватилась за ладонь мужчины. Другой рукой иха очертил перед собой круг, и перед нами заклубилось синеватое облако. Зажмурившись, я ступила в него, как прыгают в холодную воду.

«Угождать и быть милой, куда бы это ни привело».

Но по ту сторону портала нас встречал накрытый стол, кубки с вином и парящие чуть выше, будто светящиеся шары, ингары. И всё это великолепие было на площадке под открытым небом, вокруг которой царила непроглядная тьма…

Но так было на первый взгляд. Когда глаза привыкли после ярко освещённой спальни к полумраку, то я заметила вдалеке мигающие огоньки, а над головами раскинулось звёздное небо. Всё это великолепие искрило, переливалось, и создавалось впечатление, что я вдруг оказалась в бескрайнем космосе.

— Где мы? — заворожённо прошептала, будто боясь нарушить сказочную атмосферу. — Здесь глубокая ночь. Ещё недавно был закат…