Книга Ненужная избранница дракона, страница 153 – Виолетта Вейл

Это было жестко, но честно.

После тренировки я вернулась не в башню, а в малую библиотеку рядом с лекарским покоем. Арвен настоял, что до башни слишком далеко для человека, который «только что опять использовал себя как древний инструмент правосудия». Нара принесла мне еду и стояла рядом, пока я не съела хотя бы половину. Потом ушла помогать Маре с какими-то списками белья и охраны, потому что, как сказала Мара, «свидетельница короны тоже должна иметь руки при деле, иначе начнет слишком много думать».

Я осталась одна.

Почти.

Каэл постучал через несколько минут.

— Можно?

— Да.

Он вошел с двумя чашками. Одну поставил передо мной.

— Проверено Арвеном.

— Вы теперь приносите мне проверенные напитки?

— Учусь быть полезным не только молниями.

Я взяла чашку. Отвар был терпким, но не отвратительным. Видимо, Арвен иногда умел щадить людей.

Каэл сел напротив. Некоторое время мы молчали.

— Ты видел Крейна? — спросила я.

— Да.

— Таких будет много.

— Знаю.

— И не все плохие.

— Знаю.

— Это хуже.

Он кивнул.

— Эдмар всегда выбирал клятвы, которые люди считали разумными. Осторожность. Верность дому. Страх позора. Заботу о семье. Потом оставлял маленькую щель.

Я посмотрела на него.

— У вас тоже были такие.

— Были.

— И есть.

Он не отвел взгляд.

— Да.

Это было признание не для суда. Для меня.

— Я не стану смотреть без разрешения, — повторила я.

— Я знаю.

Он положил ладонь на стол, раскрытой вверх.

— Посмотри на одну.

Сердце сбилось.

— Каэл, не нужно каждый раз доказывать…

— Не доказываю. Прошу.

Я медленно положила свои пальцы рядом, не касаясь.

— Какую?

— Ту, что мешает мне больше всего.

Это было опаснее, чем смотреть на Крейна.

Потому что у Крейна клятвы были чужими задачами. У Каэла — живыми ранами.

Я открыла внутреннее зрение осторожно.

Сначала снова увидела близкие нити. Прийти, если позовет. Не держать. Защитить Тавена. Найти Эдмара не ради мести, а ради суда — новая, еще неустойчивая, но светлая по краям. Глубже — темная старая клятва у сердца: не быть слабым, как отец.

Она мешала.

Очень.

Потому что все, что не похоже на контроль, эта клятва называла слабостью. Доверие — слабостью. Боль — слабостью. Желание попросить — слабостью. Даже его признание равенства со мной эта клятва пыталась превратить в риск, который надо держать под надзором.

Я закрыла зрение.

— Не быть слабым, как отец.

Каэл выдохнул. Коротко.

— Да.

— Это не клятва Эдмара. Вы сами ее дали.

— После того, как он показал мне, каким был отец.

— Он показал не все.

— Но достаточно.

— Ваш отец подписал ложь. Это правда. Но если вы всю жизнь клянетесь не быть похожим на него, вы все равно живете рядом с ним. Только наоборот.

Каэл долго молчал.

Потом сказал:

— Что с ней делать?

Раньше я бы спросила Селену. Арвена. Зерцало. Теперь почему-то знала.

— Не ломать. Она держала вас, когда иначе вы могли рассыпаться. Но ее нужно изменить.

— Как?

— Скажите не «не быть слабым, как отец». Скажите, кем быть.

Он смотрел на свою раскрытую ладонь.

Я не торопила.

За окном серел вечер, в библиотеке пахло пылью, травами и грозой после дождя. Где-то далеко Тавен спорил с Нарой — голоса доносились смутно, но знакомо: она требовала, он сопротивлялся, Арвен, скорее всего, делал вид, что не слышит.

Каэл наконец произнес:

— Я не буду называть доверием то, что является слепотой. И не буду называть слабостью то, что требует мужества.