Книга Отчим. Сексолог и девственница, страница 5 – Полина Нуар

Он начинает водить моими руками. Медленно, намеренно. Его пальцы сжимают мои, заставляя тереть тарелку. Каждое движение передается по моим рукам, растекается по всему телу горячими волнами.

Я замираю, не могу пошевелиться. Не могу остановить его.

— Ты вся напряглась, — замечает он. — Как будто ждешь удара. Я же не сделаю тебе больно, Лера. Наоборот.

Он чуть прижимается ко мне. Я чувствую его тело вдоль своей спины. А потом меня касается нечто другое. Твердое, упругое, упирается мне в поясницу.

От этого ощущения ноги дрожат. Внизу живота сжимается что-то горячее и влажное.

— Влад… Владислав Юрьевич… — бормочу я, пытаясь вырваться, но сил нет.

Все тело кажется ватным, непослушным.

— Тсс, — прижимается губами к моему уху. — Мама точно в душе. Она ничего не услышит.

Его руки отпускают мои. Пальцы скользят по моим предплечьям. Медленно, чувственно. Обводят каждый изгиб, будто изучая.

— Такая нежная кожа, — шепчет он, и его пальцы поднимаются выше, к локтям. — Такая… отзывчивая. Тебе нравится?

— Нет… — лгу я, едва сдерживая стон.

— Не ври, — он говорит это мягко, почти ласково.

Одной рукой он продолжает водить по моим рукам, а другая опускается… на мой бок.

— Не вру.

— Твое тело говорит правду. Оно дрожит. Оно отвечает на ласку.

Его большой палец начинает двигаться. Круговыми, легкими движениями он водит по тонкой ткани моей футболки, чуть ниже груди. Каждое прикосновение отдается острым спазмом где-то глубоко внизу живота.

— У тебя такое красивое тело, — продолжает он, будто проводя медицинский осмотр. — Такая талия. Тонкая. Изящная. Но ты ее прячешь под мешковатой одеждой. Почему?

Я не могу ответить. Дыхание перехватывает. Его палец продолжает свои круги, опускаясь все ниже, к самому краю моих джинсов.

— Ведь на самом деле тебе нравится, когда к тебе прикасаются, — настаивает он. Его губы теперь прижаты к моей шее. Он не целует, просто держит их там, и от этого тепла по всему телу бегут искры. — Ты просто боишься себе в этом признаться. Твое тело жаждет прикосновений. Любых. Даже таких.

Его рука опускается на мой живот. Ладонь ложится чуть ниже пупка, прижимается. Через тонкую ткань я чувствую, какой он горячий. Давит.

Я издаю звук. Что-то между стоном и всхлипом.

— Тихо, — напоминает он, и его рука начинает двигаться.

Медленные круги по моему животу. Давящие, властные. Каждое движение заставляет что-то внутри меня сжиматься и разжиматься в такт.

— Прошу вас… — захлебываюсь стоном.

— Ты чувствуешь, как оно реагирует? Твое тело реагирует на меня… Как тепло расходится отсюда… — он чуть давит ладонью, — … сюда?

Вторая его рука поднимается к моей шее. Пальцы касаются кожи у ключицы, проводят по ней.

— Ты вся дивная.

Потом эта же рука опускается резко, обхватывает мое бедро. Сильные пальцы впиваются в попку.

— И даже сюда. Все твое тело — одна сплошная эрогенная зона, Лера. Ты просто не знаешь об этом.

Шаги. Мамины. В коридоре.

Он замирает. Его руки на секунду сжимаются сильнее на моем животе, на бедре. Потом он медленно отстраняется. Но не уходит. Стоит так близко, что я все еще чувствую тепло его тела.

— На сегодня достаточно, — шепчет он мне в ухо. Его голос теперь звучит хрипло, напряженно. — Продолжим позже… Когда ты будешь готова. Или… когда я решу, что ты готова.