Онлайн книга «Последний выстрел камергера»
|
— Значит ли это, что король остался недоволен лишь обещанной ценой? Как оказалось, полицейский советник Вильгельм Штибер был слишком деловым человеком, чтобы обращать внимание на подобные колкости. — Господин Тютчев, в Берлине твердо решили не оказывать Австрии никакой поддержки — и не только из-за того, что всякое укрепление этой империи увеличивает разницу в силе обоих государств, умаляя таким образом наше положение в Германии. Учитывая тесные династические связи петербургского и берлинского дворов, а также общие монархические идеалы, исповедуемые нашими странами, в будущем конфликте Пруссия, безусловно, окажется на стороне России. В крайнем случае ваш царь вполне может рассчитывать на прусский нейтралитет и на то, что мы не позволим пропустить через свою территорию армии англичан и французов. А это, согласитесь, не так уж мало… — Согласен. — Кроме того, по мнению короля, восстановление Польши в корне противоречило бы национальным интересам Пруссии, поскольку Польша сразу же стала бы претендовать на коренные прусские земли. В данном вопросе нас, конечно же, поддерживают все малые и средние государства Германского союза — по их мнению, австрийская дипломатия стремится поставить немцев перед свершившимся фактом, чтобы добиться от них одностороннего одобрения своей политики. — Да, это очень похоже на правду, — согласился Федор Иванович, непроизвольно отодвигая кофейную чашку, чтобы собеседник не задел ее локтем. — Извините… — заметил Штибер движение Тютчева. — Позиция короля, между прочим, вызвала у британцев крайнее раздражение. При необходимости я готов продемонстрировать несколько писем от английского принца Альберта и даже самой королевы Виктории, в которых всячески расписываются те выгоды, которые Пруссия могла бы получить, если бы вступила в антирусскую коалицию. Могу также продемонстрировать и другие послания, в которых они же запугивают его величество ужасными последствиями, которые могут возникнуть в случае отказа Пруссии присоединиться к походу против «русского варварства». — Охотно верю на слово, что подобные письма существуют, — вздохнул Тютчев. — И что же вы от меня-то хотите? — Необходимо сделать так, чтобы на русско-австрийскую встречу в Варшаве был приглашен король Фридрих Вильгельм IV… В ноябре истекает срок австро-прусского соглашения, подписанного три года назад в Ольмюце. Чего уж тут скрывать — соглашения, позорного для Пруссии и подписанного нами под давлением вашего императора. В связи с этим австрийская дипломатия прилагает усилия для того, чтобы вновь побудить Россию оказать на нас давление с целью продления срока этого соглашения. Однако король больше не намерен тащиться на буксире у Австрии. У нас должны быть развязаны руки. — Для чего же? — поинтересовался Федор Иванович. — Для достижения великой исторической миссии — объединения всех немецких земель вокруг Пруссии, — просто и прямо ответил Штибер. — В конечном итоге создание в центре Европы мощного и единого Германского государства, союзного России, создаст противовес влиянию вероломных австрийцев, а значит — пойдет на пользу русским интересам… — И вы полагаете, что при личной встрече король сможет убедить в этом нашего государя? — Во всяком случае, он не позволит австрийцам вновь использовать Россию в своих интересах. |