Книга Розы туманных холмов, страница 86 – Яна Черненькая

Рейнард поздоровался и встретил полный ужаса взгляд будущего ученика.

— Мистер Фокс, сыграйте мне что-нибудь… спокойное, – попросил барон, устраиваясь на сене рядом с защитными жилетами и рапирами.

— Но ведь я должен… учиться фехтованию, – ошарашенно произнес Лесли.

— Сначала сыграйте. Хочу послушать, как у вас это получается, – потребовал Рейнард.

Спорить Фокс-младший не стал. Достал скрипку, устроил ее у плеча…

Над площадкой потянулась неспешная протяжная мелодия. Казалось, то не скрипка, а голоса людей, идущих по ночному лугу. Или тихая перекличка звезд на бархатисто-синем полуночном небе. В той музыке не было ни быстрых трелей, ни обычных переливов. Лишь длинные и короткие штрихи, сделанные твердой рукой. Их было немного, но они складывались в единый эскиз. Казалось, Лесли не играет на скрипке, а рисует картину. Его глаза затуманились. Он весь ушел в игру и увлек за собой Рейнарда. Это было сродни магии. Барон сидел на залитой солнцем площадке, но вместе с тем шел в своем воображении по мягким травам к далеким черным холмам и видел сияющие над головой таинственные звезды…

С последним звуком мираж начал рассеиваться. Он отступал медленно, неохотно.

Рейнард вскинул голову, поневоле задумавшись, стоит ли такому дивному музыканту заниматься хоть чем-то, кроме своего искусства. Давать ему в руки рапиру казалось сродни преступлению, но, поразмыслив, барон все же решился. Каким бы талантливым и одаренным Лесли ни был, ему все равно придется жить в мире людей, а люди прекрасно чувствуют и страх, и неуверенность.

— Красиво, – похвалил Рейнард музыканта. – Волшебно. А теперь давайте попробуем рапиру. Она, конечно, не скрипка и не смычок, но кое-что из ваших умений нам все равно пригодится. А возьмем мы вот эту красавицу. – Рейнард вытащил из кучи единственную рапиру для левой руки, которую он заприметил еще в прошлый раз.

Лесли неловко взялся за рукоять.

— Не той рукой, – исправил его барон Латимер. – С левшой фехтовать неудобно, и мы воспользуемся этим, поскольку вы все равно будете учиться практически с нуля.

— Но я правша, – возразил Фокс-младший.

— Правша. Но это не так важно.

— Я не хочу фехтовать левой рукой. – В голосе Лесли добавилось решимости. – Мне нужно ее беречь.

— Как и правую. И вам в принципе не следует фехтовать ничем, что отличается от учебного оружия. Полностью согласен: ваш талант нужно беречь. Однако сейчас ваши пальцы в полнейшей безопасности. Гарда и перчатка – надежная защита. Уверяю вас! Я с восьми лет занимаюсь фехтованием, но, как видите, ничего со мной не случилось. – Рейнард продемонстрировал Лесли свои руки. – Дайте мне скрипку… если, конечно, это не противоречит вашим правилам.

— Зачем? – настороженно спросил молодой человек.

— Сейчас увидите. Не переживайте, с инструментом ничего не случится.

Судя по тому, как вел себя Лесли, с учителями ему катастрофически не везло. Скорее всего, попадались любители жесткой дрессуры.

Скрипка перекочевала к барону, а ученик, словно коршун, теперь неотрывно следил за инструментом, в любую секунду ожидая подвоха.

Рейнард вздохнул, прикрыл глаза, прижал скрипку к плечу, неохотно возвращаясь в те годы, когда тетушка Лили третировала его музыкой. Вспомнить бы хоть что-то…

Отвыкшие пальцы слушались плохо. Первый звук получился отвратительным. Второй… получше. Наконец в памяти всплыл короткий несложный этюд. Отыграв его, Рейнард подспудно готовился услышать тетушкино: «Гадкий мальчишка! Уверена, ты специально ошибаешься, чтобы меня позлить!» Вместо этого наткнулся на ошарашенный взгляд Лесли Фокса.