Книга Пропавшая книга Шелторпов, страница 205 – Анна Свирская

Дэвид отвёл глаза. Он не любил обсуждать свои отношения с родственниками, и, наверное, даже от того, что кто-то другой собирался делать это в его присутствии, чувствовал беспокойство.

Джулиус же – то ли желая оправдаться перед ними, то ли просто под воздействием выпитого – начал распространяться о тяготах своей жизни:

— Все в доме подчинялись ей беспрекословно. Я никогда не видел, чтобы кто-то всерьёз с ней спорил и возражал. Разве что Изабель, но и она никогда не спорила, просто делала по-своему. Но ей-то что? Она же здесь не жила. И моя мать всегда относилась к ней иначе… И не только моя мать. Все. Это же Изабель! Все обожают Изабель, на неё невозможно сердиться. Нам с Элеонорой не так повезло. Отцу тоже. Я всегда думал, что он на её стороне, а потом… Мне было семь или восемь, может, девять, и мы поехали к друзьям на выходные. У них был дом на побережье. А в ванных комнатах – туалетная бумага прямо в рулонах…

— Что, прости? – прервал Джулиуса Дэвид.

Они с Айрис даже переглянулись, потому что не были уверены, что расслышали правильно.

— У нас в доме туалетную бумагу нарезают на прямоугольники и кладут на столик, – пояснил Джулиус. – Моя мать считает, что рулоны – для низших слоёв.

Айрис, конечно, обратила внимание на разрезанную бумагу, но понятия не имела, что у этого была классовая подоснова.

— Так вот, мы приехали в гости, а там бумага в рулонах. Самая простая, недорогая, которой все пользовались. Ну, кроме нас, конечно.

— Только не говори, что тётю Гвендолин не устроило качество, – рассмеялся Дэвид. – Или она потребовала её нарезать?

— Нет, ты что! Она не стала обсуждать бумагу, она выше этого. Но дело в том, что внутрь рулонов вкладывали такие маленькие тоненькие карточки. Ты просто разматывал рулон, и вдруг раз – выпадала такая штука. На них были стишки, простенькие, но мне нравились. «Если вылил суп на свитер, сразу взял – бумагой вытер». Или «Если ты разбил коленку, то…» Что же там было? Забыл… Все стихи были про эту бумагу и про ситуации, когда она могла пригодиться. А если собрать все карточки из одной серии, их можно было отправить на фабрику, и они присылали книгу. Я так хотел её получить! Пока мы были в гостях, я собрал несколько карточек, но хотел все. Я подошёл к матери и спросил, можно мы будем теперь покупать такую бумагу, именно этого производителя, где есть карточки. Она посмотрела на меня как на идиота и сказала, что Шелторпы не собирали и не будут собирать вкладыши от туалетной бумаги. Я знаю, вам смешно. – Джулиус посмотрел на них, и смешным он совсем не казался, скорее потерянным. – История и правда глупая. Но она ещё не закончилась. Мы вернулись домой, и как-то через пару дней ко мне зашёл отец. Он принёс мне сразу три рулона той самой бумаги. Мы вместе их размотали, вытащили все карточки, читали стихи и смеялись. Я до сих пор… Господи, сколько лет прошло, а я до сих пор вспоминаю тот день! Это было лучше, чем когда мы поехали в Биарриц на целый месяц. И не потому, то мне так нужны были карточки. Знаете, что я понял тогда? Что отец на моей стороне. Это был первый раз, когда такое случилось, – когда он дал мне понять, что не все её поддерживают, что я не один такой неправильный. Это было нашей с ним тайной. Я насобирал кучу карточек и даже книгу получил. Вообще не помню, что за книга была, вроде тоже стихи… Важен был сам факт, что я не сделал так, как она велела. И что у меня был сообщник. И мы с ним были заодно. Так что нет, я бы отца не выдал. И сейчас не хочу.