Книга Пропавшая книга Шелторпов, страница 169 – Анна Свирская

— И что всё это значит?

— Пока непонятно. Просто странность. И если я найду ей объяснение, то, может быть, пойму, почему именно Этеридж. Почему лорд Шелторп вдруг поехал к нему и провёл два или три дня в Этеридж-Хаусе? И поэтому я хочу съездить в ту школу. Обычно они хранят много информации о выпускниках, особенно если те чем-то прославились. В моей школе можно было найти кучу всего интересного даже про юных леди, которые обучались там в восемнадцатом веке, и про их преподавательниц, и про распорядок дня, и целые стопки тетрадок.

— У вас, наверное, была хорошая школа. Что-то вроде Итона или Хэрроу, только для девочек.

— Не до такой степени, конечно, но хорошая.

— В Севингтоне всё может быть иначе.

— Они сделали подписной лист, когда узнали, что Этеридж сильно ранен. Возможно, он у них считается одним из знаменитых выпускников… К тому же всё это происходило не в восемнадцатом веке, а всего лишь сорок с чем-то лет назад.

— А эта школа вообще существует? За сорок лет она могла закрыться. Поэтому вы и не находите ничего про неё, – предположил Дэвид.

У Айрис в груди как будто что-то оборвалось и рухнуло вниз. Она об этом не подумала. Не подумала, что школы вообще может не быть. Ей так понравилась мысль поехать туда, найти что-то про Этериджа, понять, чему и как он учился, на самом ли деле он был не особенно образованным человеком, или это Родерик Шелторп тешил своё аристократическое самолюбие, мелочно прохаживаясь по недостаткам других людей. С его точки зрения недостаткам.

Но даже если школа закрылась, есть архивы, есть люди, которые там учились… Нет, это слишком. Дэвид подумает, она повредилась рассудком, да она и сама понимает, как это будет выглядеть со стороны. Рыться в архивах ради проверки чего-то, что к убийству сэра Фрэнсиса не имеет прямого отношения, – это уже что-то нездоровое. Бессмысленная трата времени и сил. Одержимость.

— Я попробую позвонить туда, – сказала Айрис. – Вряд ли в Севингтоне много школ. Меня или соединят со школой, или скажут, что такого абонента нет.

После обеда Айрис именно так и сделала – позвонила на коммутатор и попросила соединить со школой-интернатом в Севингтоне, Оксфордшир. Пока телефонистка созванивалась с оператором в Севингтоне, Айрис вся извелась: и потому, что переживала, что нужной школы в Севингтоне не окажется, и потому, что звонок наверняка стоил дорого, а время шло. В Эбберли она не сильно задавалась такими вопросами, а здесь, наслушавшись разговоров про строгий учёт всего, опасалась, как бы леди Шелторп не учинила расследование, кто звонил в соседнее графство. Айрис, разумеется, созналась бы и возместила расходы, но лишь с большим трудом представляла, как она торжественно передаёт графине Шелторп шиллинг и восемь пенсов – вряд ли разговор займёт больше двух минут и будет стоить дороже.

Это было одновременно и смешно, и неловко.

— Соединяю, – проговорила наконец телефонистка.

— Я вас слушаю, – раздался молодой звонкий голос.

Айрис заранее продумала, что сказать, но, разумеется, растерялась.

— Простите, что звоню в воскресенье. Понимаю, что у вас выходной… – зачем-то начала она.

— Это школа с проживанием, у нас нет выходных.

— Да-да, я знаю! Я хотела бы уточнить, могу ли я посетить вашу школу. Я студентка из Сомервиль-колледжа в Оксфорде и исследую биографию Питера Этериджа. Он ведь учился у вас?