Книга Зловещие маски Корсакова, страница 57 – Игорь Евдокимов

— После того как я нашел пещеру и особенно когда увидел у жены этот жуткий цветок, я понял, что беда близко, – перешел к окончанию своего рассказа Коростылев. – Моей семье угрожала опасность, и исходила она от озера. Я был уверен, что на дне его спит самое настоящее зло, убившее моего брата. И понял, что с ним надо покончить. Несколько бессонных ночей я провел за опытами, стремясь создать химическое соединение, которое сможет воспламениться под водой.

— Чтобы взорвать бомбу? – спросил Постольский.

— Да, – кивнул Коростылев. – Чтобы найти источник заразы – и выжечь его.

— И как, вам удалось найти нужную формулу? – не отставал Павел.

— Не знаю, – покачал головой Николай Александрович. – Отчасти. Я смог создать прибор, который может короткое время гореть под водой, давая яркий свет, навроде римской свечи^[21].

— Его-то вы и применили, когда мы встретились на дне? – уточнил Владимир.

— Да. Что же до бомбы… Мне не удалось ее испытать, – потупился Коростылев. – Не хватило времени. Когда слуги начали шептаться о том, что озеро горело ночью, а затем я увидел это своими глазами, то понял: медлить больше нельзя. Бомбу пришлось собирать быстро, однако она должна была сработать. Сработала бы точно, если бы не…

Он снова замолчал, собираясь с силами.

— Я опустился на дно и увидел то, чего там быть не должно.

— Арку, – сказал Корсаков.

— Да, – кивнул Николай Александрович. – А в ней стоял Никита. Так, словно он находился на суше, а не на дне острова. Вода не доставляла ему ни малейших неудобств.

— Он выглядел так же, как в детстве? – уточнил Корсаков.

— Нет. Он вырос, как и должен был, если бы был жив. Вернее, он и был жив. Только изменился… Внезапно вода вокруг меня начала двигаться. Внутри арки открылся водоворот, который тянул меня к себе. Я даже не заметил, как остался без троса. Вода увлекла меня в темноту, навстречу Никите. Перед глазами у меня замелькал калейдоскоп картинок. Чужих и чуждых нам миров, где обитают существа, для описания которых не хватит слов во всех земных языках. Один из них и забрал Никиту. Забрал – а затем выплюнул обратно, но уже совсем другим. Это не был мой брат. Он превратился в одного из обитателей того, иного мира. И вел за собой свиту.

— В каком смысле? – спросил Корсаков.

— В моих видениях являлись жуткие создания. Наполовину змеи, наполовину растения, с крокодильими пастями.

— Ха, я же говорил! – радостно вскричал Беккер, вскакивая с места, но, увидев выражения лиц собравшихся, счел за лучшее смущенно откашляться и сесть обратно.

— Каждая вспышка на дне озера выбрасывает все больше и больше этих жутких существ. Они почти слепы, ведь привыкли обитать в полной темноте, на дне чужого океана. Но их чувства невозможно остры. Они слышат и чуют малейшее движение. И, боюсь, могут быстро приспособиться к нашим условиям.

— С чего вы так решили? – уточнил Корсаков.

— С того, что Никита ведет их. Повелевает ими. Он стал их глазами. И скоро они должны последовать за ним на поверхность, как и в стародавние времена. Затем я пришел в себя в какой-то пещере. Не знаю, где она находилась – в нашем мире или нет. Костюм был поврежден, но вокруг было сухо. В темноте светились цветы, похожие на те, что находила Наташа. Бомбы рядом не было. Я пытался отыскать ее. Тщетно. А затем из темноты появились эти жуткие потусторонние твари. Они скалились, скрипя когтями о камни, готовились броситься на меня. Я уже почти распрощался с жизнью, но наткнулся рукой на одну из двух римских свечей, пристегнутых к костюму, и зажег ее. Создания завизжали и бросились прочь – свет, похоже, причиняет им боль, ведь они привыкли к полутьме или даже к полному мраку.