Книга Зловещие маски Корсакова, страница 162 – Игорь Евдокимов

План Корсакова состоял в том, чтобы не закрыться от духа, но ограничить пространство для его маневра. А потому между ним и демоницей возникли несколько линий, сквозь которые она не смогла бы пройти напрямую. Пространство для нападения оставалось только с флангов. Если бы Владимиру удалось удержаться рядом с этой чертой, он смог бы поочередно ее пересекать, оставляя дух по другую сторону и сосредотачиваясь на кадаврах. К тому же в карманах его сюртука и жилетки были приготовлены сюрпризы на крайний случай. Если уж Корсакову предстояло пасть здесь, жизнь свою он намеревался продать подороже.

Кадавры приближались – сперва неровным строем, затем все слаженнее, будто между ними существовала незримая связь. Движения их были механическими, беззвучными и оттого пугающе уверенными. Владимир остался стоять на месте и наконец достал револьвер, взяв его в левую руку. Он бросил нервный взгляд на чернильного духа, но существо в образе Франчески грациозно опустилось обратно на скамью, всем видом показывая, что планирует насладиться спектаклем. Впрочем, Владимир не сомневался, что оно без малейших раздумий ударит его в самый неожиданный момент.

Корсаков вскинул револьвер. Ремингтон оказался легче, чем его ле ма, однако стрелять с левой руки Владимир не привык. Другое дело, что фехтовать ею он не умел вовсе. Первый выстрел – и ближайший кадавр сбился с шага и качнулся назад. Пуля лишь чиркнула по голове, сбив маску, за которой открылось отвратительное лицо покойника с зашитыми проволокой губами. Владимир прицелился и выстрелил вновь. На этот раз удачно. Минус один. Осталось девятнадцать. И они приближались…

Владимир кружился, оставаясь рядом с линией и высматривая удобную цель. В барабане оставалось четыре патрона. Нужно было воспользоваться ими с максимальным эффектом. Перезарядиться он не успеет. Выстрел. Еще. И еще. И последний. Чисто машинально он взвел курок еще раз и дал ему со щелчком ударить по пустому гнезду в барабане. На камнях площади остались лежать еще четыре кадавра. Остальные, с саблями наголо, подходили все ближе. Еще секунд десять – и первый уже сможет напасть.

Демоница медленно стекла со скамьи и припала к земле. Владимиру показалось, что она сейчас лизнет каменные плиты, но вместо этого из ее рта вырвалась змеевидная струя чернильного дыма. Он пополз к Корсакову, ощупывая защитные линии, где-то отскакивая, а где-то просачиваясь в промежутки между символов.

Времени на то, чтобы следить за духом, не оставалось. Первый кадавр уже оказался слишком близко. Корсаков шагнул навстречу, не давая замахнуться, оттолкнул его плечом и всадил шпагу меж ребер, подымая лезвие вверх. Из-под маски раздался хрип кадавра, но тот не упал. Ожидавший этого Корсаков, не вынимая шпаги, выхватил из нагрудного кармана стеклянную ампулу и вдавил ее в прорезь для глаз, чувствуя, как стекло трескается. Он вовремя убрал руку и отскочил в сторону, извлекая шпагу из противника. Под маской раздалось мерзостное шипение – кислота из сосуда проела путь к мозгу и разрушала его.

Четырнадцать.

Еще два кадавра оказались рядом, но Корсаков просочился между ними, заставив замешкаться, и оказался лицом к лицу с третьим. Более короткая шпага из трости давала Владимиру преимущество – и он им воспользовался: нырнул вниз, резким ударом вогнав лезвие под подбородок так, чтобы достать до мозга.