Книга Опасная встреча, страница 37 – Эрнст Юнгер

Так Этьен познакомился с вежливым господином средних лет, который приятным голосом произносил хорошо обдуманные фразы. Судя по всему, симпатия к нему Добровски основывалась на взаимности. Сравнение с художником показалось Этьену не самым удачным; печальный и тем не менее угодливый господин напомнил ему скорее техника, точнее, коммивояжера, разъезжающего с техническими новинками; он неоднократно встречал таких, причем в заведениях куда лучше нынешнего. Там тоже есть своя аристократия: мужчины, имеющие время и деньги. Это зависит от продаваемых товаров, а распределение товаров в свою очередь зависит от связей. Тот, кто ходит от дома к дому с галстуками, навсегда остается на самой трудоемкой обочине товарооборота. Он и мечтать не смеет о процентах, какие после прекрасного завтрака может выписать себе иной его коллега. Этакие счастливчики попадаются на пароходах или на Ривьере, где проводят прелестные праздные месяцы. Они образованны, хорошие собеседники. О делах не говорят вообще.

Подобную жизнь вел и Лепренс. Инспектору были известны его привычки. Он знал также, что для каждого из этих приятных отрезков жизни Лепренс обыкновенно заводит новую подругу, предпочитая актрис-брюнеток, не слишком молодых, не слишком экстравагантных, а вдобавок знать не знавших о его профессии.

Лепренс с печальной улыбкой пригласил обоих за свой столик. Добровски поинтересовался его житьем-бытьем и планами.

— Опять собираетесь в одну из ваших прекрасных поездок?

— Не то, что вы, вероятно, имеете в виду, инспектор… Все в прошлом.

— Как славно, правда, рад слышать. Но мой вопрос не столь нескромен, как вы полагаете… Я тоже буду рад, оставив службу позади.

Оба улыбнулись тому, что молча договорились считать правдой. Затем речь зашла о Лиссабоне, где Лепренс много лет назад совершил знаменитый взлом. Он не мог удержаться от слегка польщенной улыбки, когда инспектор излагал Этьену подробности. На роскошной улице неподалеку от авенида да Либердаде располагались два ювелирных магазина. Их владельцы при помощи новомодных средств установили яркое освещение на всю ночь. Кроме того, витрины были не просто зарешечены, украшения из них на ночь вынимали и запирали в мощный сейф, также ярко освещенный. Вдобавок между магазинами ходил сторож. Тем не менее Лепренсу удалось пробраться в одну сокровищницу, причем досталось ему не только весомое количество камней в оправе и без, но и значительная сумма в банкнотах.

Для этого в короткие промежутки времени, когда сторож отходил, он снял слепки с замков. Потом при помощи изготовленного ключа нанес в магазин краткий визит, только чтобы сфотографировать и измерить сейф – у него имелось семь минут. Снимок, вероятно, получился бы и через стекло витрины, но менее точный.

При помощи добытого таким образом материала Лепренс соорудил нечто вроде каминного экрана или ширмы, на переднюю панель которой нанес увеличенное изображение сейфа. Во время второго взлома, уже настоящего, он поставил ширму перед сейфом, и та прикрывала его, пока он работал. Она обманула патрулировавшего по улице сторожа, как нарисованный занавес Апеллеса^[45] обманул знатоков. За два часа Лепренс открыл и обчистил сейф. Затем вместе с награбленным покинул магазин, не забыв, как полагается, запереть за собой дверь.