Онлайн книга «Шах и мат»
|
Мистер Ливи, прежде чем ответить, дожевал и проглотил то, что было у него во рту, и прикончил шампанское в бокале. — Спаси, Господь, меня, грешного! Тысячи как не бывало! Ни фунта не осталось, и притом еще только, – он взглянул на часы, – двадцать пять минут третьего! Разве подходящее время, чтобы снова полагаться на удачу и рисковать деньгами, когда уж столько проиграно? — Это вас не касается. Я хочу знать, есть ли у вас при себе еще несколько сотен на прежних условиях – в смысле, от прежнего кредитора. Не рассуждайте, а просто ответьте – да или нет? — Что ж, миштер Авден, у меня найдется еще пятьсот фунтов; правда, никто не думал, что вы обратитесь за ними так скоро. Сколько вы возьмете, миштер Авден? — Всю сумму. Но так, чтобы эти мошенники не видели. — Господь с вами, им и дела нет, одолжись вы хоть у самого врага рода человеческого. Соблаговолите пройти вот в эту комнату. На столике у стены явились перо и бумага, и мистер Ливи начал поспешно заполнять бланк векселя. — Тут многие занимают у меня сотню-другую, когда издерживаются чуточку быстрее, чем им желательно. Один месяц вам напишем? — Два, как всем. И давайте деньги, не тяните. — Лучше бы один месяц, не то ваш доброжелатель подумает, что вы слишком торопитесь к дьяволу. Вспомните пословицу про гусыню, что несет золотые яйца, миштер Авден; разве таких гусынь режут? Соглашайтесь на один месяц. А если понадобится малость отсрочить, когда время придет, проблемы не будет, я так думаю, – добавил Ливи, вперивши в Ричарда взгляд своих алчных глаз. Ричард уставился в эти глаза, и, пока он смотрел, один глаз не менял выражения, а другой внезапно взял да и подмигнул этак зловеще. — Делайте как угодно, главное, быстрее дайте денег, – процедил Ричард Арден. Новая стопка чеков живо превратилась в кучку жетонов, а жетоны после череды флюктуаций разделили участь своих предшественников, так что на мутной заре мистер Арден покинул заведение измученный и взбешенный, с пятнадцатью фунтами в кармане. Только они, ничтожные, и уцелели от той суммы, которую он занял под проценты, уповая на везение. Тому, кто, подобно Ричарду Ардену, пережил такой шок, требуется время, чтобы собраться с мыслями и оценить масштаб бедствия. Ричард открыл дверь своим ключом; серый свет проникал между планками ставен, создавая впечатление, будто чинц[90] оконных штор имеет поперечные вставочки из другой, прозрачной ткани. Ричард вошел в комнату, залпом выпил почти целый стакан бренди, разделся, свалив платье как попало, выпил еще и рухнул на постель. Не в состоянии сна, а в горячечном забытьи пребывал он несколько часов; он лежал без движения, словно воин, павший на поле брани. На исходе четвертого часа в его летаргию начали прорываться звуки шагов по комнате. Ставни по-прежнему были закрыты. Ричард вроде бы услыхал, как его позвали: — Мастер Ричард! Но он все еще толком не очнулся и не смог подняться. Наконец ему на плечо легла рука и голос, уже безусловно знакомый, повторил ему прямо в ухо тоном весьма настойчивым: — Мастер Ричард! Мастер Ричард! Забытье отступило. Над Ричардом склонялась смутная фигура. Вновь он услыхал те же слова и несколько секунд гадал, где находится. — Крозер, ты, что ли? — Он самый и есть, сэр, – глухим голосом отвечал старый слуга. – Уж с полчаса тут дожидаюсь, когда вы проснуться изволите. |