Книга Душегуб из Нью-Йорка, страница 31 – Иван Любенко

Баркли проводил собеседника непонимающим взглядом и глубже закутался в плед.

Неожиданно показались тучи, и от воды потянуло холодом. Волны роптали, набегали на неприступные для них борта «Роттердама» и тут же сдавались, но им на смену приходили другие, ещё более настойчивые. Их белая пена, разрезанная гребным винтом, безуспешно пыталась догнать пароход.

Ардашев стоял в той части юта, где находилась прогулочная палуба пассажиров второго класса, и смотрел на воду. В последний день плавания море совсем стихло и казалось умиротворённым. Оно точно просило прощения у людей за унесённые на дно человеческие жизни. Сколько их ушло в небытие за тысячелетия! Сотни тысяч? Миллионы?

Размахивая трёхметровыми крыльями, хриплой трещоткой прокричал альбатрос и умостился на линии беспроволочного телеграфа, протянутого между мачтами. Клим Пантелеевич взглянул на пернатого гостя и подумал: «Моряки говорят, если птица прилетела на корабль, значит, быть удаче. Ну и земля, стало быть, рядом».

Океан, покрытый сетью лазурных волн, уже не казался бескрайним – впереди завиднелось очертание суши, а потом показалась белая стрелка маяка. И вскоре пароход-великан гордо разрезал волны залива. Белые барашки волн бежали рядом с судном. А где-то внизу, почти у самой ватерлинии, сновали мешавшие друг другу судёнышки-пигмеи.

С правой стороны, между небом и землёй, в воздухе, нарисовалась сетка гигантского моста, соединявшего два берега. Семиэтажные высотки Бруклина и трубы заводов уступали ему в высоте. Слева высилась статуя Свободы. Она будто протягивала руку с факелом эмигрантам из Европы, отважившимся покинуть свои страны и приплыть в Новый Свет в поисках лучшей доли.

— Добро пожаловать в США, мистер Ардашев, – негромко произнёс знакомый женский голос.

Клим Пантелеевич обернулся.

— Доброе утро, Лилли! Рад вас видеть.

— Америка – великая страна, и вы сможете в этом убедиться, – улыбнулась мисс Флетчер.

— О! Я нисколько в этом не сомневаюсь.

— Желаю вам удачи в поисках Морлока.

— Вы очень любезны.

— Мне кажется, я буду по вам скучать, – вымолвила дама и подняла глаза.

— И я.

— Неужели? – хитро выговорила она.

— Вы были единственным цветком среди нашего мужского бурьяна. И мы все вами любовались.

— Даже так? – покачала головой Лилли. – Тогда я не понимаю, почему вы не остались в моей каюте. Я подарила вам шанс. Отказать женщине, которая просит близости, – самый мерзкий и циничный поступок мужчины по отношению к даме. Почему вы так поступили?

— Вы прекрасны, а я вдвое старше вас. И я побоялся в вас влюбиться. Дать вам какую-то надежду, а потом обмануть – не в моих правилах. Вот и всё.

— Господи, ко всему прочему, вы ещё и порядочный человек. Знаете, я приду в офис банка за расчётом и обязательно свожу вас на экскурсию по городу, – прошептала Лилли и прикоснулась губами к щеке Ардашева.

— Нет, Вацлав, посмотрите, – послышался голос банкира, – они опять целуются!

Войта и американец возникли из ниоткуда, будто привидения.

— А это вас не касается. Я у вас больше не работаю, – ледяным голосом выговорила Лилли и зашагала прочь.

— Вот так всегда, – растерянно развёл руками Баркли. – Кто-то с кем-то целуется, а я, старый пьяница, опять оказываюсь виноватым.

— А вы не придавайте этому слишком много значения, – улыбнулся Клим Пантелеевич.