Книга Скажи им, что солгала, страница 98 – Лора Леффлер

Майло фыркнул и отступил на шаг, скрестив руки на груди.

— Это не работа, детка.

Анна подавила улыбку. Прекрасно, подумала она. Пусть ругаются.

Уиллоу попыталась уйти.

— Отвали!

Он схватил ее за руку.

— Детка!

— Ты понятия не имеешь, чем я тут занимаюсь. – Она вырвалась из его хватки. – Понятия не имеешь, о чем вообще речь.

Он снова схватил ее.

— Но ты же не какая-то торгашка! Ты художник.

Уиллоу поглядела на руку Майло на своем плече, и в атмосфере что-то переменилось. Анна прижала ладонь к груди, чтобы успокоить сердцебиение.

— Убери, – медленно сказала Уиллоу. Наверное, в ответ он сильнее сжал пальцы, потому что она закричала: – Прекрати, Майло!

Он возвышался над ней, раскачиваясь, будто готовясь навалиться сверху и раздавить.

— Ты прекрати, – сказал он.

Уиллоу не отступила. Она никогда не отступала.

— Сейчас же. Отпусти. Меня.

Майло убрал руку и поднял обе ладони.

В их отношениях явно появилась трещина.

Анна нырнула в тень и подождала, пока они оба уйдут.

На улице небо уже стало розовым; сумерки сгущались, но воздух оставался горячим и вязким. В небольшой толпе на тротуаре Анна заметила Уиллоу – та уже улыбалась своими идеально накрашенными алыми губами. Ее лицо сияло, и рука Мейсона лежала на ее плече. Рядом курили Лиззи и Том. Анна оглядела толпу – Майло исчез.

Она двинулась к ним. Ей хотелось схватить Уиллоу за плечи и потрясти. Заорать ей в лицо. Она заставила Анну битых два часа выполнять за нее ее работу. Впредь она не поверит ни одному слову, вылетающему из этого завистливого, злобного рта.

— Сходила в туалет, Уиллз?

Глаза Уиллоу сверкнули.

— Я совершенно забыла! – Она притянула Анну к себе – и одновременно к Мейсону. – Поехали с нами, Голливуд, – шепнула она. – У Мейсона есть план.

Анне понравился Мейсон. Он выдал ей секрет. Он был к ней добр. Уже очень давно никто не был добр к ней. Вот почему она позволила ему взять себя под руку и спустилась за ним по ступенькам в метро, на линию С. Вот почему сразу не ушла от Уиллоу.

Они пересели на линию L, вышли где-то в Бруклине и пешком добрались до старого заводского корпуса, переделанного в лофты. Лифт был огромным, как у Генри в госпитале, но старомодным, с сетчатой кабиной и потертыми черными кнопками. Где-то играло техно. На пятом этаже Мейсон открыл дверь. Там было людно, душно и так темно, что Анна ничего не видела на расстоянии вытянутой руки.

— Эй! – крикнул кто-то. Анна обернулась. Гребаный Бумер.

Он обнял Уиллоу и расцеловал в обе щеки.

Бумер сунул ей в руку стаканчик – прозрачный пластик с прозрачной жидкостью. Анна осторожно отпила. Вроде бы чистая водка.

Мейсон с Бумером скрылись в людской массе; Анна изо всех сил пыталась игнорировать пьяную Уиллоу. Уиллоу танцующую. Уиллоу смеющуюся. Уиллоу, которая, как всегда, в центре внимания.

Вновь появился Мейсон, весь потный и широко улыбавшийся.

Анна стояла на краю. На обрыве, с которого не хотела шагнуть вниз. Ей вспомнился тот день на пляже, вспомнилось, как изменился ход времени и как ужасно было потерять контроль над собой. Нет – у нее было слишком много планов, слишком большой путь впереди. Она замотала головой. Нет, это дорога в ад.

Нахмурившись, Анна наблюдала, как Бумер и Мейсон накачивались, а затем предложили Уиллоу. Анна сразу поняла, что это не первый раз, и посмотрела на Уиллоу новыми глазами, пытаясь угадать, чем на самом деле та занималась летом в ее отсутствие. Какой ужас.