Книга Одна идеальная пара, страница 182 – Рут Уэйр

Быстро собрав в комнате простыни, мы отнесли их в ванную комнату и закутали в них Энджелу. Затем уложили ее на бок, чтобы, если в наше отсутствие ее стошнит, она не задохнулась. Все то время, пока мы этим занимались, я старательно уговаривала себя не поддаваться опасениям, что, вернувшись, мы обнаружим Энджелу мертвой. В конце концов, двойная доза снотворного для молодой и здоровой женщины – это не могло быть так уж страшно. Лекарств, которые при передозировке легко могли вместо ожидаемого эффекта привести к летальному исходу, по очевидным причинам существует немного.

Но вот что касается Заны… Скорость, с которой препарат подействовал на Энджелу, заставил меня усомниться в правильности наших расчетов. И если Зана выпила кокос, предназначенный для Конора, в котором была четырехкратная доза снотворного, то для человека с таким весом, как у нее…

Я сглотнула, снова ощутив, что в горле у меня совсем пересохло. Наши действия вдруг показались мне совершенно безответственными. Я стала стараться не думать о том, что произойдет, если мы отправимся на виллу на воде и обнаружим там мертвую Зану, лежащую рядом с Конором.

Когда мы устроили Энджелу, максимально позаботившись о ее безопасности, я наклонилось и встряхнула ее за плечо.

— Энджела, – прошептала я ей на ухо. – Энджела, мы пошли. Постарайся… – Тут я невольно замолчала, поскольку собиралась сказать: «постарайся не заснуть». Но ведь Энджела уже вовсю храпела. Так что я вместо этого произнесла:

— Постарайся оставаться в безопасности, чтобы с тобой ничего не случилось. Ладно?

— Ш-ш-ш… Я сплю, – ответила Энджела по-французски и дернула плечом, стараясь сбросить мою руку.

Я вздохнула. По крайней мере, она еще не потеряла способность говорить. Это показалось мне хорошим знаком. Оставалось надеяться, что Энджела не погрузится в более глубокий сон.

— Пойдем, – сказала Сантана. – Думаю, нам пора. Если Конор одурманен, мы не знаем, сколько времени он пробудет в таком состоянии. И чем скорее мы покончим с нашим делом, тем скорее мы сможем вернуться к Энджеле.

Я кивнула, мы выбрались из ванной комнаты через окошко и углубились в лес.

Ветер все набирал силу, пока мы пробирались между деревьями к пляжу. Мы шли по вымощенной камнем дорожке довольно медленно. Окружающие кусты сильно раскачивались из стороны в сторону, и в моей памяти невольно всплыла ночь, когда на остров обрушился шторм и когда я пыталась вызвать помощь по рации. Ах, если бы кто-то тогда принял мой сигнал! Если бы меня услышали на яхте прежде, чем она оказалась вне радиуса действия радиостанции! Насколько по-другому все могло бы быть.

Сантана сжимала в кулаке шприц с инсулином. Перед тем как мы отправились в путь, она наполнила его до отказа, выкачав до последней капли лекарство, находившееся в открытом флаконе.

— Как думаешь, он еще действует? – спросила я, наблюдая, как Сантана осторожно надевает на иглу шприца колпачок, перед тем удалив из него воздух. – Все-таки флакон уже был вскрыт и к тому же побывал в море.

Сантана лишь покачала головой.

— Я не знаю. Я знаю только то, что другого выбора у нас нет.

Я тайком наблюдала за ней, пока мы бок о бок продвигались вперед между раскачивающихся деревьев. Она выглядела совершенно по-другому по сравнению с тем, какой была, приехав на остров несколько недель тому назад. Ее великолепные волосы теперь были спутанными, нечесаными, на фоне светлой краски проступали уже отросшие более темные пряди. Кожа ее была сожжена солнцем и шелушилась. Веса она потеряла гораздо больше, чем казалось возможным за то короткое время, в течение которого мы находились на острове, хотя я подозревала, что похудела она в основном за счет обезвоживания. Даже лицо ее сильно изменилось – скулы заострились, ввалились глаза, высохли и потрескались губы. Но больше всего изменилось выражение ее лица. Та лениво-манерная, снисходительно тянущая слова девушка, которой Сантана была, когда мы с ней познакомились, бесследно исчезла. Теперь весь ее облик выражал угрюмую решимость выжить любой ценой.