Книга И гаснет свет, страница 62 – Влада Ольховская

Виктор согласился принять гостей, и они устроились в креслах неподалеку от кровати. Оля знала, что Виктор сохранил в аварии оба глаза – это тоже считали чудом. Но сейчас разглядеть его взгляд за повязками не представлялось возможным.

— Здравствуйте, – сдержанно улыбнулась она. Изображать дебильное дружелюбие рядом со скованным бинтами человеком казалось неправильным. – Меня зовут Ольга Герасимова, я ваш переводчик.

— Приятно, – проскрежетал компьютер. Виктор, в отличие от Дерека, не мог набирать текст быстро, и любой ответ занимал куда больше времени. – Зачем?

— Вы хотите узнать, почему я здесь? – догадалась Оля.

— Да.

— Я понимаю, вы меня не звали… Но мне нужно спросить у вас кое-что важное. Дерек Ву… Вы ведь были с ним знакомы?

— Да.

— Вы знаете, что с ним случилось?

До Оли только сейчас дошло, что от Виктора, восстанавливающегося после операции, могли скрыть страшную правду. И что тогда? Как объяснить, что человек, который, возможно, был его другом, погиб, да еще так чудовищно и непонятно?

Впрочем, очень быстро выяснилось, что здешний персонал сентиментальностью не отличался и уже выложил пациенту свежие новости.

— Да, – только и ответил Виктор.

— Вы… вы верите, что он мог покончить с собой?

Энлэй, все это время остававшийся равнодушным, резко повернулся в ее сторону. Хотя Оля в этот момент наблюдала за Виктором, движение своего спутника уловила лишь боковым зрением. Возможно, ей показалось, ведь разговор шел на русском, которого второй переводчик вроде как не знал! А может, Энлэй хотел поторопить ее или устал оставаться не у дел… Отвлекаться она в любом случае не собиралась.

Потому что в этот момент Виктор ответил:

— Нет.

— Мне тоже кажется, что это неверное объяснение. Я знала его не так хорошо, как вы… Да вообще не знала! Но я уверена, что он готов был что угодно отдать за шанс остаться в живых.

— Да.

— Вы догадываетесь, что могло произойти с ним на самом деле?

— Нет.

— Почему так долго? – вмешался Энлэй на английском. – Вы должны были выяснить, в чем суть переписки, а не занимательные беседы с ним проводить! Этот человек в любом случае ничего не знает. Перед исчезновением Дерека он был на операции, потом лежал в реанимации.

Надо же, как любопытно… Энлэй вроде как сказал то, что сейчас было логично и уместно. Но в то же время он вполне естественно дополнил беседу Оли и Виктора. Второй раз списывать это на совпадение Оля не собиралась, но разобраться в странностях поведения второго переводчика можно было позже. Им ведь изначально сказали, что время беседы с Виктором ограничено!

Пока Оля лишь отмахнулась от своего спутника, она продолжила говорить на русском:

— Виктор, мы осмотрели вещи Дерека, нашли его планшет. Там была переписка с вами и с другими пациентами, они уже уехали. Переписка закодирована. Вы можете сказать нам, что там было?

— Да.

При своей нынешней ограниченной речи объяснить Виктор ничего не мог, но он поступил умнее. Он открыл на собственном компьютере ту самую переписку – которая, очевидно, велась еще в пору, когда он мог шевелить культями и набирать текст на клавиатуре.

Потому что текста там хватало. Дерек и Виктор обсуждали препарат, который они оба принимали. Тут не было ничего уникального, Оля уже знала, что некоторые фармацевтические компании поддерживают клинику как раз ради того, чтобы испытывать лекарства на людях.