Книга И гаснет свет, страница 59 – Влада Ольховская

Она не тянула на роль доброй подружки, с которой можно поделиться страхами и переживаниями. Но она была строгой начальницей, которая вряд ли потерпит романтические притязания своих подчиненных, и Олю это полностью устраивало.

— Вы что-то хотели, мисс Герасимова? – поинтересовалась старшая медсестра, когда Оля подошла ближе.

— Да, я… Есть один деликатный разговор, не знаю, к кому обратиться… Думаю, к вам.

— Я слушаю.

Оле еще не доводилось ни на кого жаловаться, проблемы она предпочитала решать сама. А сейчас ситуацию усложняло еще и то, что она не могла в паре предложений описать свои претензии к Чарли. Сделал он не так уж много – всего лишь придержал ее за плечи, однако он наверняка объяснил бы это попыткой уберечь ее от падения. Да и в его словах не было ничего предосудительного… Но ведь взрослые люди понимают, что такое смысл между строк!

Это она и пыталась объяснить теперь Обри. Старшая медсестра слушала ее терпеливо, не прерывая – но и не поддерживая. Обри вообще не показывала, что чувствует, и это настораживало. Оля понимала, что права, однако волновалась все больше, говорила дольше, чем следовало бы, – как будто поток слов сам по себе мог служить доказательством.

Однако в какой-то момент ей все же пришлось замолчать, и вот тогда Обри вынесла вердикт:

— Думаю, вам следует прекратить, мисс Герасимова.

— Прекратить? – растерянно повторила Оля, не понимая, о чем вообще речь.

— В первый раз я ограничусь устным предупреждением. В дальнейшем вас ждут проблемы посерьезней. Напоминаю: вы еще на испытательном сроке, и начало не очень хорошее.

— Подождите! О чем вы вообще говорите? И как это связано с Чарли?

— Не с Чарли, а с мистером Конрадом, – поправила Обри. – И не только с ним, но давайте начнем с него. Мистер Конрад – образцовый сотрудник. На него никогда не было жалоб, он нравится пациентам.

— И что? То, что он не приставал к женщинам, прошедшим тяжелую операцию, что-то гарантирует?

— Будьте осторожней со словами! Вы здесь всего несколько дней, а уже оказались втянуты в несколько неприятных историй.

— Если вы про смерть Дерека…

— Не про это, – прервала ее старшая медсестра. – Хотя про это тоже. Мистер Конрад уже сообщил мне, что в лесу при обнаружении тела мистера Ву вы вели себя довольно подозрительно. К тому же мисс Брегич рассказала, что вы пытались украсть планшет погибшего. И теперь вы наговариваете на сотрудника, который уже свидетельствовал против вас! По-моему, ситуация становится очевидной. Это я и прошу вас прекратить, мисс Герасимова. Вы получили работу в очень хорошем месте, вам платят приличные деньги – особенно по меркам вашей страны.

— Да что вы вообще знаете про мою страну?! – вспыхнула Оля.

— Это мы обсуждать не будем. Все, что нужно, я сказала. Надеюсь, одного предупреждения вам хватит, чтобы поступить разумно.

Оле было что возразить. Например, поинтересоваться, что же такого подозрительного она делала при обнаружении тела Дерека. Или напомнить, что планшет в итоге забрал Энлэй – а к нему претензий не было! Однако по глазам Обри она видела, что все это бесполезно. Старшая медсестра уже приняла решение, и споры сделали бы ситуацию только хуже.

Поэтому Оля ушла не прощаясь – лишь такую маленькую месть она могла себе позволить. Хотя положение стало каким-то совсем уж невеселым… Она застряла в изолированной клинике с парочкой злобных стерв, куратором с эмоциональной чувствительностью бревна и озабоченно играющим бровкам Чарли. А на ее стороне кто? Клементина, которая сама сейчас слаба и уязвима, и Джона, у которого свободного времени – пять минут в неделю.