Онлайн книга «И гаснет свет»
|
— Неужели? Ну так давайте я напомню вам. Влечение к своей дочери вы почувствовали очень рано, после того, как она перестала быть ребенком, превратилась в подростка, но взрослой еще не была. — Что вы несете? Это возмутительно! — Вам хотелось большего, но жена вас сдерживала, – продолжила Оля. – Жена должна была уйти. Ее смерть назвали загадочной: сначала на нее обрушилась непонятная болезнь, а потом аллергическая реакция на препарат в больнице – и смерть. Смерть молодой женщины, в причинах которой никто не разбирался. Вы попросили медиков сделать вид, что все в порядке, и они сделали. Прости меня за мамочку, маленькая, но так было нужно… Ты ведь из-за нее расстроилась? Я знаю, что ты всегда по ней скучала! — После смерти жены вы больше не искали спутницу жизни, – продолжила Оля. – Этим восхищались, вас называли эталонным отцом. Все, кроме Розы, пожалуй. Уж она-то знала, как вы ее на самом деле любите, для чего она нужна! — Мы с Розитой были счастливы, – холодно произнес Фразье. – Я любил ее. Она любила меня. Если бы он сорвался на крик, стало бы чуть легче. Предсказуемая реакция всегда обнадеживает, позволяет поверить, что ты задел собеседника за живое… Однако Александр по-прежнему был спокоен… Точнее, спокойным казался. Его ярость напоминала лавину, накапливающуюся на вершине горы. Лавина безопасна, лишь когда она неподвижна. Но стоит ей сорваться – и она убьет любого на своем пути. Оле не хотелось продолжать это. Она бы с удовольствием встала с дивана и ушла… Навсегда покинула это место и этого человека. Хотя вряд ли он позволит ей уйти просто так. Тогда – да. Теперь уже нет. Партию придется играть до конца, и кто победит – Оля пока не представляла. — Она не любила, она терпела, – возразила Оля. – Надеялась, что папа одумается, поймет, что делает нечто неправильное, или хотя бы не зайдет дальше. А когда она поняла, что перемены сами собой не наступят, ей пришлось действовать. То, что случилось с Розой, не было несчастным случаем. Она сама изрезала собственное лицо, лишь бы вы оставили ее в покое! Ну что ты сделала со своим лицом, маленькая, зачем? Посмотри, какое оно красивое без этих жутких ран! — Это какой-то бред, – покачал головой Фразье. – Кто вас нанял? — Никто меня не нанимал. Вы мне сами рассказали той ночью, когда были в моей комнате. Роза готова была изуродовать себя, лишь бы вы оставили ее в покое. Это не любовь, она вас ненавидела! — Ложь! – Александр все-таки не выдержал, сорвался на крик. – Это было временное помутнение! Совсем как у ее матери. Розита любила меня. Ей нравилось все, что мы делали вместе! Когда она изрезала себе лицо, она не понимала, что делала… — Она хотела уйти. Она не просто изрезала лицо, она сделала это демонстративно, чтобы показать: ее нет смысла преследовать, она уже никогда не будет такой, как прежде. До какого же страдания нужно довести собственную дочь, чтобы она дошла до такого?! — Она не понимала, что делает! — Мучать ее, свести с ума – и убить. Она ведь не собиралась обрывать собственную жизнь! Тогда она просто сделала бы это, не уродуя себя. Но она хотела освободиться, а не умереть. Прости, моя девочка, я не хотел толкать тебя, так просто получилось… Ты просто упала… — Она не должна была умереть… – только и сказал Фразье, растерянный, как будто оказавшийся одновременно в этом дне – и в том, который остался в далеком прошлом. |