Книга Благословенны ночи Нергала, страница 76 – Влада Ольховская

— Но разве это урок? – не выдержала она. – От них же ничего не зависит!

Взгляд Наставника обжег ее, но голос продолжил звучать спокойно, почти дружелюбно.

— О, нет, госпожа, не все так просто. Это именно урок, важный и сложный, на котором от них зависит очень многое. Цепи висят свободно, и каждый из моих учеников может в любой момент упасть. Их задача – выдержать определенный промежуток времени, каждый раз увеличивающийся. Они могут кричать, стонать и плакать, но они обязаны остаться на ногах.

— А если не смогут?

— Они будут наказаны.

Лорена слабо представляла, чем еще их можно наказать. Избить? Смешно. Лишить еды и воды? Но тогда они ослабнут и не смогут больше тренироваться.

Пока она размышляла об этом, один из учеников все-таки не выдержал. Парень терпел до последнего, хотя на его спине не осталось живого места. Лорена предполагала, что мутная жижа, в которой вымачивали лианы, лишь усиливала боль. Служители как будто намеренно делали все, чтобы их ученики хоть раз, но сорвались! И вот теперь парень упал на колени.

Он тут же попытался подняться, но было уже поздно. Служители, многозначительно переглянувшись, направились к нему. Увидев их, парень крикнул:

— Нет! Пожалуйста, не надо! Я стою! Вы разве не видите?! Я стою, я случайно!..

Но его слова уже не имели значения. Его отстегнули от столба и потащили к двери, расположенной в одной из стен зала. Лорена даже не догадывалась, что за ней находится, а вот парень определенно знал. Он, еще недавно ослабший от боли, теперь извивался всем телом. Он умолял о пощаде, он плакал – хотя у столба не проронил ни слезинки. Каким бы ни было наказание, оно наполняло будущего великого воина звериным ужасом.

Помилование никому не полагалось. Служители швырнули парня за дверь, один последовал за ним, другой остался снаружи. Крик, который очень скоро донесся изнутри, не был даже похож на голос человека.

Лорене хотелось помочь ему. Броситься туда, избить этих проклятых служек – она могла бы! Но на таком ее достижения и закончились бы. Она видела, как много под землей охраны, со всеми она бы не справилась. Да и эти дети, выросшие в культе, сами бы вонзили ей нож в спину… Поздно их спасать. Давно уже поздно.

Она посмотрела на своего спутника и заставила себя натянуто улыбнуться:

— Думаю, нам пора идти. Я… Сегодня я увидела достаточно.

* * *

Молодняк был хорошим: крепким, в меру наглым, любопытным. Отбраковки Саргон вообще не нашел. Хотя, быть может, их сожрали еще до того, как он проверил кладку. Это Нинки ему когда-то удалось спасти в последнюю минуту, в целом сейкау не были милосердны к больным детенышам.

Он раздумывал об этом, мелко нарезая мясо в мастерской. Он слишком много времени потратил на патрулирование джунглей, сейкау не успевали охотиться, и теперь нужно было подкормить их. Занятие это было долгое, скучное, но Саргон никому его не доверял – и никому не позволял беспокоить себя, пока он оставался в мастерской. Слуги об этом знали, и неизвестно, чьего наказания они боялись больше: его или Мешхе.

Раньше не было ни одного человека, который решился бы нарушить запрет. Теперь вот один появился.

Пленница вошла в мастерскую нагло, как в свой собственный дом. Сейкау, ожидавшие мяса, зашипели на нее – как на конкурентку. Девица, раньше шарахавшаяся от них, теперь не обратила на угрозу никакого внимания. Она училась раздражающе быстро.