Книга Цвет из иных времен, страница 62 – Майкл Ши

Меж нами пролегала целая миля, а того и больше, но шли они быстро, и одна из лодок явно шла во главе. Присмотревшись, Шэрон поняла, что это лодка Харгиса. Сам он стоял на носу с мегафоном, отправив за штурвал одного из дружков на борту.

Как и следовало ожидать. После двух предупреждений во всеобщей панике мы стали для людей вероятным ответом на обрушившееся безумие. И Харгис вмиг осознал: если хочет держать группу в узде, нужно следовать за нами.

Возможно, на нас у него были весьма жесткие планы. Ведь по мнению большинства, предсказать бедствия – все равно что навлечь их. Лучших козлов отпущения и не придумаешь. Шэрон и не рассчитывала, что они будут слушать объяснения или позволят продолжить нашу с виду странную миссию. Подойдя на двести ярдов, Харгис заговорил в мегафон.

— Эй, на палубе! Извольте объясниться!

Шэрон едва сдержала улыбку, вспомнив, сколько раз именно это мы и пытались сделать и сколько раз этот человек нам мешал.

Она нырнула в кабину и взяла «энфилд». Не задействуй она его сейчас, то позже, когда армада подойдет ближе и начнет нас окружать, винтовкой их уже не отпугнешь. Шэрон старательно прицелилась в широкое, блестящее жерло мегафона и всадила в него пулю с расстояния более ста семидесяти пяти ярдов. Взрывной лязг, с которым умер аппарат, обескуражил флот – как и вид огромного тела Харгиса, упавшего с носа яхты и свалившего с ног человека за штурвалом. Яхта накренилась, подняв стену брызг, и едва не перевернулась. Шэрон продолжила огонь, вдумчиво выбирая цели, пока они выравнивали и разворачивали судно. Она прострелила стекла в кабине, пробила штурвал, вывела из строя один из подвесных моторов, разрядив в него обойму.

Затем перезарядила винтовку и взяла бинокль. Лодки удалялись, но она увидела Харгиса – тот снова стоял на ногах. Челюсть ему перевязали чем-то вроде бинта, и он опирался на плечо мужчины, но, судя по властным жестам в сторону товарищей по лодке, сохранил за собой командование. Выбрав нового штурмана, он уселся на стул. Его яхта – ползущая на одном двигателе – обогнула флотилию по краю, и по ходу лейтенанты Харгиса, сложив ладони рупором, выкрикивали приказы стае. В результате они отступили примерно на полмили и перегруппировались.

Шэрон, не забывая приглядывать за колокольчиком на сигнальной линии, изучала преследователей в бинокль. Все лодки замерли, но пауза эта была сумбурной, ибо десятки двигателей всполошили воду, и они толкались на волнах, ударяясь друг о друга.

Лодка Харгиса двигалась от одного судна к другому, его люди задавали вопросы. Вскоре расспросы принесли плоды; лодки сошлись планширями, и лейтенантам Харгиса передали винтовку. Затем его судно возобновило поиски среди подопечных.

Наблюдая за происходящим, Шэрон ощутила, как в воздухе сгущается предгрозовой вакуум. Небо – все такое же безупречно голубое – теперь окутывало еще более ужасающей пустотой. Малейшие движения пальцев требовало болезненного усилия, которое все сложнее давалось ее безмолвно паникующей душе. Она опустила бинокль и обернулась. Мы проградуировали трос желтым скотчем, так что она увидела, что мы с Эрнстом погрузились на шестьдесят футов.

Сосредоточиться получалось с трудом – как случается в палящую жару или холод, – и Шэрон заторможенно рылась в рюкзаке. Она видела лица – или то была иллюзия? – отдыхающих: супруги-пенсионеры, подростки, матери, склонившиеся над детьми. И видела в них отражение собственного зарождающегося страха. Их охватила безмолвная паника, оцепенение, проблескивающее в самой глубине судорожно бегающих глаз. Разумеется, они только что видели нечто неописуемое, однако же теперь чувствовали приближение еще более ужасного.