Онлайн книга «Кольцо зла»
|
— Я сейчас не о маврах, – женщина засмеялась. – О чем мы с вами говорили, дон… Иван? — О погоде, моя пани. — Ах да, да, о погоде, о чем же еще? Завтра, говорят, будет жарко… С утра я отправлю детей гулять по палубе с нянькой – они любят… Зайдете ко мне? — Да… Они разошлись, и Раничев с трудом дождался следующего дня. В конце концов, почему бы и нет? Красивая молодая женщина, вполне может быть даже и обожающая своего супруга, но сейчас откровенно скучающая. Нянька-шпионка – «глаза и уши мужа» – в этом несомненно есть что-то пикантное. Да и панночка ничего – эва, первая подошла, и – чего уж тут говорить – сняла, вот так вот запросто, безо всяких там лишних эмоций. Завтра… Посмотрим, что там будет завтра… Скорей бы! С этой мыслью Иван и заснул, не обращая внимания на шум – попутчики почти до полуночи азартно резались в кости. А назавтра… А назавтра, как, впрочем, и во все дни, в небе все так же ярко сияло солнце. Выйдя на палубу, Иван сразу же обнаружил Катаржину – молодая женщина давала какие-то указания няньке, и вот, поцеловав детей, неспешно направилась обратно в каюту. Оглянулась… Заметив Раничева, с улыбкой кивнула… Вслед за пани Иван, пригибаясь, вошел в каюту, приятно пахнущую мускусом и амброй… И сразу же ощутил на своих губах соленый вкус поцелуя! — О мой рыцарь! – страстно прошептала Катаржина. – Расстегни же скорей мое платье… Раничев быстро разобрался с застежками, обнажив атласные плечи страстной паненки, губы его уже целовали нежную шею, а руки ласкали упругую грудь… — Подожди! – Катаржина быстро скинула платье и умело освободила от одежды Ивана. — Ты красивая, – обнимая женщину, тихо промолвил тот. Застонав, паненка обхватила его за плечи, увлекая за собой на узкое ложе… — Ты не мужчина – огонь! – тяжело дыша, призналась Катаржина. – А теперь уходи, скоро вернутся мои… Жду тебя завтра. Придешь? Вместо ответа Раничев крепко поцеловал женщину в губы. Они были близки много раз, каждый день на всем пути до Константинополя, и дальше, когда, миновав пролив, вышли в Черное море – древний Эвксинский понт. — У меня на корабле есть враг, – однажды сказала Катаржина, натягивая на себя платье. – Застегни, мой коханый… Так… — Что за враг? – озаботился Раничев. – Покажи! — Один монах-доминиканец, брат Умберто… – пани замялась. – Знаешь ли, Иван, у меня в Генуе был один… в общем, один хороший знакомый. — Говори прямо – любовник. — Пусть так, – женщина прикусила губу. – У него, у этого монаха, есть письма… Он выкрал их у бедного Пьетро… О, Пьетро, к несчастью, был гвельфом, сторонником императора, а тогда взяли верх паписты… — Письма сейчас у монаха? — Да. Он уже предлагал их мне… за такую сумму, которой у меня нет и никогда не будет! О, Томазо, супруг, убьет меня! Бедные дети. — Авось не убьет, – хохотнул Иван. Кажется, он начал уже понимать, для чего понадобился Катаржине – вовсе не только для любовных утех. Но все же, как красива, чертовка! – Где он хранит письма? — Носит при себе, под рясой, в особом нагруднике. — Покажешь мне этого монаха, – попросил Иван. – Клянусь, я вытряхну у него эти чертовы письма, чего бы мне это не стоило! — Ты настоящий рыцарь. Иван! Прямо, как в куртуазном романе. Монах оказался тощ: сутулая фигура, какое-то неприятное, бритое, по-лошадиному вытянутое, лицо – обтянутый желтой кожей череп. Глубоко запавшие злые глаза, тонкие, застывшие в змеиной усмешке, губы. Редкостный уродец! Впрочем, все католические монахи были для Раничева на одно лицо, они своих-то, православных, не очень жаловали. Конечно, можно было схватить этого брата Умберто за шкрябень да потолковать по душам, но вот незадача – больно уж людно было на марсильяне. И сам монах путешествовал не один, а в компании себе подобных, да и на палубе – яблоку негде упасть. Вот и попробуй тут, надави. Нужно было срочно что-то придумать, ведь уже очень скоро на горизонте должны были показаться невысокие горы Крыма. Иван думал долго, пока, наконец, не надумал. Для того чтобы «потрясти» монаха, нужны было два условия: |