Онлайн книга «Отряд: Разбойный приказ. Грамота самозванца. Московский упырь»
|
Митька покачал головой: — Трудная… — И много чего от нее зависит! — Постой… — Отрок вдруг наморщил лоб, задумался. — Нешто жито свое московские купцы где-нибудь поближе продать не могут? Эва махнули — в Швецию! — Поближе? — Иванко усмехнулся, хотя карие глаза его по-прежнему оставались серьезными. — Могут и поближе. И продают. Только там, поближе, опаснее — государевы слуги не дремлют. А здесь… Вроде никто и не подумает. Акинфий Козинец тот еще черт, думаю, и смерть таможенника с ним связана. — Ну, теперь-то мы этого Козинца не достанем, — протянул Митрий. Иван ухмыльнулся: — Не достанем? Как знать, как знать. Не думаю я, чтоб Козинец со своим обозом в Архангельский городок пошел, — так и в самом деле слишком уж длинный путь получается. Зачем, если через Тихвин все уладить можно? Козинец ведь и послан улаживать. — Почему ж ушел? — Ушел? А кто тебе сказал, что он ушел? Скрылся на время в дальних лесах — я так мыслю. Видать, напугали… А кто его мог напугать? — Кто? — эхом переспросил Митрий, хотя сам уже догадывался кто. — Судебный старец Паисий — больше некому. Что-то он там такое раскопал. — Так пойди к нему да спроси, — посоветовал Митрий. Иван улыбнулся: — Не так-то все просто, парень. К Паисию сперва приглядеться надо — я затем и Прохора в монастырь отправил. Как думаешь, справится Прохор? — Прошка-то? — Митька засмеялся. — Конечно, справится! Он ведь не только кулаками махать, у него и ум имеется… правда, ленивый вельми. Но справится. Только ему все об главной цели обсказать надо. И про хлеб, и про купца этого, Козинца. — Обскажем, — потянувшись, заверил Иван. — Завтра в шайку свою пойдешь, к этому, ушастому… — Онисиму Жиле. — Вот-вот, к Онисиму. Настропалишь там его, есть у меня одна придумка… Придумку свою Иванко тут же и обсказал Митрию. Отрок слушал внимательно, не перебивая. Только вот улыбки сдержать не смог — слишком уж все несерьезно выходило. Впрочем, кому несерьезно, а кому и… Митрий шмыгал носом — почему-то очень уж смеяться хотелось. И еще одно хотелось… Спросить, а правда ли говорят, будто царь на Москве — ненастоящий?!! Так и не спросил про то Митька, постеснялся. Не о царе надобно было сейчас думать, о хлебе. Хлеб — всему голова! Глава 12 Судебный старец Паки же древле враг наш диявол, не хотя роду християнского видети в добре, вложил в человецы лукавство, еже есть лихоимествовать, и введе многих людей в пагубу. Июнь 1603 г. Тихвинский посад Хэк! Прохор словно игрушку опустил тяжелый колун на кряж. Чуть посопротивлявшись для вида, кряж недовольно скрипнул и развалился на две половины. А уж дальше дело пошло — располовиненные-то поленья куда как легче колоть. Прохор ими и не занимался, откидывал послушникам, сам же махал колуном — половинил кряжи. Ловко это у него получалось, ухватисто — будто морды в сходящей драке бил. Хэк! Хэк! Только летели по сторонам щепки. Мимо проходившие чернецы невольно остановились полюбоваться: — И ловок же ты, паря! — Да уж, силой Господь не обидел! — Прошка обернулся, тряхнул рыжеватой прядью — красавец парень: силен, статен, голубоглаз, на подбородке бородка курчавится. А как дрова колет — любо-дорого посмотреть. Вот монахи и смотрели, правда недолго, — по делам шли. |