Книга Курс на СССР: На первую полосу!, страница 116 – Андрей Посняков, Тим Волков

Отец оживился. Техника всегда была для него лучшим средством избавления от любых потрясений.

— О, еще какие! — он понизил голос, хотя водителя, работающего «в такой структуре» можно было и не опасаться. — Понимаешь, Саш, мы с Колей… мы, кажется, совершили новый прорыв, ТКСС-1 это так, вчерашний день. Мы пошли дальше. Переработали принципиальную схему «Сетей». Убрали несколько лишних каскадов, оптимизировали алгоритм маршрутизации данных. Теперь пропускная способность должна быть в несколько раз выше, а помехозащищенность так вообще на порядок!

Я кивнул, хотя мало что понимал в его рассуждениях, мысленно отдаленно представляя себе эти сухие технические термины в виде будущего интернета, рождающегося в скромной лаборатории.

— А с «ТКСС» всё-таки как? — поинтересовался я, вспомнив, что отец назвал это изобретение, ещё только-только получившее одобрение к массовому производству «вчерашним днём».

— И его не забываем, — отец довольно улыбнулся. — Увеличили ёмкость батареи, улучшили эргономику.

«— Ну, слава Богу, что они не остыли к этому изобретению, — подумал я. — А то многие, из немногих посвященных, уже жаждут получить переносной телефон в личное пользование. А таких людей нельзя разочаровывать.»

— И да, — голос отца стал официальнее. — На следующей неделе у нас назначена встреча в Министерстве обороны. Будем показывать и усовершенствованный ТКСС-1, и новый вариант схемы «Сети». Если они одобрят… — он развел руками, и в этом жесте был весь возможный масштаб.

«Чайка» тем временем плавно подкатила к зданию редакции. Я поблагодарил отца и водителя и открыв дверцу машины, тут же столкнулся с Горгоной.

— Здравствуйте, Надежда Абрамовна, — вежливо поздоровался я, но она в ответ только презрительно фыркнула. Вот человек!

Едва переступил порог редакции, еще не сбросив с плеч зимнюю куртку, как Людмила Ивановна, не отрываясь от бумаг, сухо бросила:

— Воронцов, тебе уже раз пятый звонят. Весь телефон оборвали. Вот опять…

Она протянула мне телефонную трубку.

— Воронцов, слушаю, — сказал я, предчувствуя недоброе.

— Александр, доброе утро, это Сидорин, — узнал я его собранный, безэмоциональный голос. — На машине сегодня добирался до работы?

— Да. А что такое?

— Подойди к окну. На противоположной стороне улицы, у газетного киоска, стоит мужчина в сером пальто и кепке. Видишь?

Я подошел к заиндевевшему окну и осторожно отодвинул край шторы. У киоска, вроде бы выбирая прессу, и впрямь стоял немолодой мужчина в сером драповом пальто и темной кепке.

— Вижу.

— Он наблюдает за вашей редакцией с самого утра. Возможно, случайный пассажир, но лучше перестраховаться. Не смотри в его сторону. Не подавай виду, что заметил. Мы еще за ним понаблюдаем.

— Понятно, — я отошел от окна, стараясь дышать ровнее. — Андрей Олегович, подскажите, а про Валентину что-то известно?

— Про это тоже хотел тебе сообщить. Нашли, — ответит тот. — Машину ту нашли, про которую ты говорил. Бежевый «Иж-Комби».

— А Валентину?

— Бери своего друга, Гребенюка и дуй на Кирова 17, — уклончиво ответил Сидорин.

И этот ответ мне совсем не понравился.

Бежевый «Иж-Комби» с распахнутой водительской дверью стоял у самого тротуара. Возле него, поглядывая на часы, прохаживался Сидорин. С непокрытой головой, в распахнутой куртке «Аляска» он напоминал обычного городского пижона. Мы с Гребенюком выпрыгнули из такси…