Онлайн книга «Повелители драконов: Земля злого духа. Крест и порох. Дальний поход»
|
— Отца Амвросия нельзя – он лицо духовное. — Тогда Ганса! — Так тот и вообще – немец. Атаман ухмыльнулся, глядя на переодевшуюся в мужское платье невесту, и, покусав губу, молвил: — Догоним вначале своих, а уж потом разберемся, что там да как. — Ой, господине, – тряхнула челкою подошедшая Устинья. – Мыслю – разбиратися долго придется. Нехороший Мокеев человек, недобрый, и до власти – жадный вельми. Как и дева его, Оленка. Иван с удивлением вскинул глаза: — Так они поженились, что ли? — Ага, поженились, как же! В грехе живут, блуд блудом. Отец Амвросий уж сколько им говорил, указывал, чтоб не на людях, без вызова… А все как о стенку горох! Махнув рукой, Устинья поплотней запахнула накинутую поверх рубахи жилетку, кожушок из оленьей шкуры с меховой выпушкой. Красивый такой кожушок, с узорами… Где-то атаман уже его видел… Ну да! Видал. Маюни в таком щеголял, правда – на голое тело. А теперь вот – Устинье отдал… или подарил… ишь ты! — Маюни, друже, – обернувшись, подозвал Иван. – Тебе от нас благодарность глубокая. Не научил бы ты Настену речи нэней нэнець, нипочем бы мы от колдунов не выбрались, в болотине бы утонули… или хуже еще. — Господи со святыми упаси! – сверкнув глазами, перекрестился Афоня. – Так вы у колдунов были?! — У них, – Еремеев спокойно кивнул. – В узилище, насилу выбрались. — Так это… — После расскажу, друже! Ну… или по пути. Где, говоришь, у вас костерок-то? Они нагнали ватагу дня через три, именно столько дней казаки, отправив разведку, стояли лагерем на краю большого болота, протянувшегося неизвестно на сколько верст. Челноки еще издали заметил караульный – Ондрейко Усов, завидев атамана, обрадовался, аж в ладоши хлопнул: — Вот ведь, господи, радость-то какая, ага! Ну-у-у… теперя пир закатим! Иван улыбнулся: — Закатим, а чего ж? Махнув рукой караульщику, вся честная компания поплыла дальше, к стоявшим у низкого берега стругам, к шатрам… — Господи, глазам своим не верю! – подбежав, распахнул объятия отец Амвросий. – Атаман! Атамане! Нашелся! Пришел… Вот ведь радость-то! Эй, гляньте-ка, кто пожаловал! Казаки и девы, радостно гомоня, обступили вернувшихся: — Ох, атамане! А мы уж и не чаяли. Часть ватажников, впрочем, никакой радости не испытывала, правда, таковых было немного… а многих верных друзей Еремеев что-то не видел. Ни Якима, ни немца Штраубе, ни Михейки Ослопа, ни… — Ну, здрав будь, Иване, – с кислой улыбкою на толстощеком лице подошел к Еремееву Олисей Мокеев. – Меня вот тут, пока ты где-то бегал, казачки на кругу атаманом выкрикнули. Не знаю уж, любо то тебе али нет. Теперь уж сложу с себя властушку, раз уж ты есть… Сказав так, Мокеев сдержанно поклонился, стоявшая же за ним Олена и не скрывала злобы, шептала себе под нос с ненавистью: — Явился, ишь… ждали тебе тут, ага… — Цыц! – отведя деву в сторонку, прикрикнул Олисей. – Молчи, дура, да кланяйся. Олена сверкнула глазищами: — Чего это я дура-то? Это ты дурень! Тебя ведь все казачки, на кругу, выбрали… — Вот то-то и оно – выбрали, – невесело ухмыльнулся Мокеев. – А Иванку Строгановы назначили! И припасы, и струги, все здесь – строгановские. Потому их слово – указ. — Да где эти Строгановы-то… — Говорю ж! Молчи, дурища. Десятник замахнулся было на глупую жонку, да, наткнувшись на злобный взгляд, опустил руку, глянул по сторонам, да, куда тише, сказал: |